— Вы, кажется, с ними знакомы, князь? — Я продолжал подливать масла в огонь. — Его логистическая компания базируется в вашем регионе. Называется, как я уже говорил, «Стальной бастион». Помните такую?

Генерал-губернатор после недолгого замешательства полностью овладел собой и постаравшись придать голосу как можно больше равнодушия ответил:

— Что-то такое припоминаю, Александр Андреевич. А позвольте поинтересоваться, откуда у вас такие сведения? Я про информацию о бывшей профессиональной деятельности этого негодяя, что покушался на доктора Боткина?

— Мой отец, как вы, наверняка, знаете, был не последним человеком в Париже, да и в самой Франции. И поскольку это дело касалось лично его, то он, оставаясь весьма деятельным даже в последние дни жизни, не преминул добыть максимум сведений об этом деле. Он не мог допустить, чтобы хоть малейшая тень подозрения легла на его честное имя. И если это все-таки случится, то он поручил мне обнародовать детали произошедшего, предоставив мне доступ ко всем добытым материалам.

— Но, если это настолько секретная информация, почему вы делитесь ей со мной? — В голосе генерал-губернатора прозвучали нотки подозрения.

— Видите ли, Михаил Петрович, мне стало доподлинно известно, что французское правительство передало Его Императорскому Величеству, Михаилу Александровичу Романову, всю информацию по покушению на лечащего врача венценосной семьи. А «Стальной бастион» базируется в областях, находящихся под вашим надзором и управлением. Поэтому, исходя исключительно из дружеских побуждений, я и решил рассказать вам об этом. К тому же вы сами подвели меня к этой теме. Одним словом, предупрежден — значит вооружен. — И я попытался изобразить на своем лице вполне дружелюбную улыбку.

— Благодарю вас, Александр Андреевич, — задумчиво покачивая ногой, проговорил генерал-губернатор. — А насчет самих князей Филатовых: мы, конечно, бывает, встречаемся с ними на различных приемах, но не сказал бы, что я с кем-то из них на короткой ноге.

Вот так незатейливо и просто, лишь только почувствовав угрозу для своей репутации и высокого положения, генерал-губернатор открестился от близкого знакомства с князьями Филатовыми. Я был уверен, что этот непринужденно запущенный слух, который, впрочем, полностью соответствовал действительности, вскоре распространится по Петербургским гостиным и ударит по репутации ненавистного мне княжеского дома.

Сам же князь Михаил Алексеевич Филатов и его цепные псы, которые принимали непосредственное участие в издевательствах над Ольгой и ее убийстве, были моими основными целями на этом этапе. Их ждала самая незавидная участь.