Но уверен, что причины были довольно вескими.

Князь вел себя, словно нашкодивший школьник: мямлил, смотрел в пол и нервно закусывал губу. В его голове шел лихорадочный мыслительный процесс. Михаил Петрович перебирал варианты побега от этого страшного человека. Но все они никуда не годились. Результатом каждого была практически стопроцентная гибель.

— Вы сегодня несколько туговато соображаете, Михаил Петрович. Скажу вам прямо, это на вас не очень-то похоже. — Леопольд немного помолчал, предосудительно глядя в зеркало на князя. — Меня привело сюда одно очень интересное видео. Сдается мне, что и вы здесь по этой же причине. Может, мне освежить вам память, князь?

Генерал-губернатор вздрогнул, словно от удара кнутом.

— Не стоит беспокоиться, Леопольд Архипович. Я, кажется, начинаю что-то такое припоминать, — совсем уж тихо проговорил князь.

— Тогда давайте не будем ходить вокруг да около, а перейдем сразу к сути. Вы же понимаете, что сейчас стоит на кону?

— В общих чертах, Леопольд Архипович.

— Значит вот как? Ну-ну, — холодно протянул Леопольд. — Послушайте, князь, перестаньте юлить и паясничать. Вы прекрасно знаете, что мне нужна флешка с записями.

Последняя фраза собеседника бросила Михаила Петровича в холодный пот.

— Меняю флешку на свою жизнь, — хрипло ответил генерал-губернатор.

— Боюсь, после того, что вы натворили, князь, для вас это непозволительная роскошь, — сухо ответил Леопольд, пожевав губами. — Все, что вы можете выбрать, это каким будет ваш уход из этой жизни: легким и мирным или долгим и мучительным.

— У меня нет этой чертовой флешки! — вдруг взорвался князь. — Этот подонок Гектор ее украл! — Он бросил яростный взгляд на Леопольда.

— Флешка у вас в кармане, — прозвучал равнодушный ответ с заднего сиденья. — Я могу сам ее забрать, или же вы отдадите мне ее по доброй воле. Решайте, князь. У вас полминуты.

Генерал-губернатор побагровел от гнева. Зарычав, словно раненный зверь, он выхватил из кармана пальто маленький револьвер и резко рванул его в направлении Леопольда. Разворачивающаяся рука князя не успела проделать и половины пути, как все его тело сковал внезапный паралич. Кисть с пистолетом начала на глазах синеть, а потом и чернеть. Из горла Михаила Петровича послышался тихий протяжный хрип. Это все, что он мог сделать, чтобы хоть как-то выразить жесточайшую боль, которая пронзила все его тело. Голосовые связки князя были оторваны от щитовидного хряща мощнейшим заклятием."

"Агония генерал-губернатора была долгой и мучительной.

— И не говорите после этого, что я вас не предупреждал, Михаил Петрович, — равнодушно прошептал ему на ухо Леопольд, доставая из внутреннего кармана князя черную флешку.