И не придумал ничего щадящего.

Каждое решение — жертвы с ее стороны. Достоинство, наследство, ребенок…"

"Чем-то ей придется в итоге жертвовать! И я лишу её всего, а потом верну это. Но мне нужно время. Чтобы я знал наверняка, что не болен. И имею права рушить то, что у неё есть, предлагая взамен себя. И, потом, чтобы рушить, мне необходимо еë доверие. Безграничное и слепое. Разносить все насильно я, наверное, не готов. Поэтому…

— Да. И противозачаточные.

— Что?! — шокированно распахивает она глаза.

— Тебе нужно… Повременить со всем этим.

— Не поняла?

— Чего ты не поняла, Злата? Не спеши с ребенком. Это сыграет против тебя.

На самом деле — против нас. Против меня, конкретно.

Зачем ты соврал сейчас, Черкасов?

Мало лжи?

— О чем Вы? — испуганно.

— Ладно, забудь, — качаю я головой, отмахиваясь. — Не то сказал. Зайди в кабинет. Позволь тебя обследовать.

Я попробую это сделать хитрее. Без давления на неё лично.

Бросаю взгляд на кабинет гинеколога.

— Вы мне угрожали сейчас?

— Что?

— Про ребенка!

За локоть поднимаю её со стула, срывая с плеч куртку.

— Это я, Злата, я! — разворачиваю к себе лицом. — Очнись! Ни с кем не перепутала? Я не воюю с тобой, не угрожаю тебе. Я, черт возьми, просто забочусь о своей семье. О тебе забочусь… Ты видела себя? Под глазами синяки, похудела так, что под скулами провалы, бледная, глаза блестят, словно лихорадит.

Смущенно отводит взгляд, неловко пытаясь поправить волосы. Как будто я сказал, что она некрасивая. Красивая… Но очевидно, что:

— Ты не в порядке! Тебе нужен врач. Зачем упрямишься?

— Пусть приедет Родион. Тогда, пойду.

— Окей! — тихо рявкаю я. — Он будет в течение получаса. Обещаю.

Затаскиваю её в кабинет.

Дурочка!

Стою в дверях. Медсестра поглядывая на меня, достает из кассеты вакуумную колбу для крови.

— Выйдите! — требует Злата.

— Давай без капризов. Иначе вернусь и обследовать будут при мне.

Выхожу. Звоню отцу, чтобы пнул Родиона. Если ей так спокойнее — хрен с ним. Дерганая вся.

Мне так жаль…

Та уверенная в себе девочка, которую я увидел тогда в нашем ресторане и сегодняшняя Злата просто небо и земля. Мне хочется убить виноватого в этом. Но виноватых слишком много и, боюсь, я тоже в этом ряду.

Набираю Регину.

— Привет. Слушай, я тупой после перелёта, не спал почти. У меня трешаки какие-то дома. Посоветуй… чем ненавязчиво девочку порадовать можно? Она плохо себя чувствует.

— Жена брата?

— Мхм.

— Дэм… — с сожалением. — Я думаю, надо посоветовать Родиону, как порадовать её.

— Нет. Не подходит. Я хочу сам.

— Приличная женщина тебя пошлет.

— Уже послала. Поэтому надо ненавязчиво. Что-то не оскорбляющее излишним вниманием.

— Котенка ей купи. Любит котят?

— Я не знаю.

— Поискать?

Котенок никак не пишется у меня рядом с ней. Она боевая девочка, не неженка.