Мне реально плевать, сможет он ходить или нет, но ему важно, и я сделаю всё возможное, чтобы он стал прежним.

47

Серёжа

Еду домой!

Поверить не могу, что я лишал себя этой радости столько времени. Чувствую себя паршиво. Как я мог быть таким идиотом? Как мог сомневаться в Дэме? Думать, что он не примет меня таким, что… Блять!

Мы сидим на заднем сидение его внедорожника, он держит крепко мою руку, на лице счастливая улыбка. Сердце сжимается от понимания, что я лишил нас столикого времени. Что заставил обоих страдать, своей трусливостью.

— Успокойся, — в приказном тоне выдаёт он. — Я чувствую, как у тебя рука дёргается, и слышу, как ты обеспокоенно дышишь, — смотрит на меня серьёзно.

— Чувствую себя конченым эгоистом, — говорю и поворачиваюсь к окну.

— Ты такой и есть.

Смотрю на него.

— Что? Отрицать не буду. Ты поступил отвратительно. Но я хочу жить и наслаждаться каждой секундой, проведённой вместе. Так что забыли, что было, и живём дальше.

Я киваю и тянусь к нему. Лёгкий поцелуй, от которого голова кружится, но это так мало. Хочу больше. Его хочу.

Дэм отрывается от моих губ, шумно дышит, ёрзает на сидение автомобиля и поправляет член в штанах. От этого мне ещё больше хочется почувствовать его внутри.

Дорога до дома показалось вечностью, но мы мужественно терпели. Когда автомобиль остановился у подъезда моего дома, я опешил.

— Почему сюда? — спрашиваю я.

— Я тут живу, — ошарашивает он меня. — Андрей, — обращается к водителю. — Коляску из багажника доставай.

— Не надо, — говорю я. — Хочу так попробовать.

Дэм смотрит на меня с недоверием.

— Если не получится — сяду в кресло.

Он кивает с неохотой. Андрей достал трость, что я взял с собой, и я встал на ноги, опираясь на неё. Мне хочется быть сильным, показать ему, что я не обуза, что могу. Появилось желание побыстрее прийти в норму, стать, если не прежним, то близким к тому, кто я был. Ради него. Ради него хочется горы свернуть. И у меня всё получится, потому что он рядом.

С трудом, но я справился, в лифте было трудно, так как ноги уже устали, и стоять было сложно, но я молча терпел и улыбался, а Дэм всё порывался придержать меня.

— Сядь уже, — говорит он, когда мы входим в квартиру. — Пожалуйста, — добавляет мягче, и я сажусь на диван в гостиной.

— Всё нормально, — улыбаюсь я.

— Не ври, я вижу, как у тебя ноги дрожат, — отвечает родительским тоном.

— А раньше я их вообще не чувствовал, — не подумав, ляпнул.

Дэм садится на против меня, берёт мои руки в свои.

— Серёж, — шумно выдыхает. — Прости, — смотрит в мои глаза. — Прости, что с тобой это случилось. Отец, он…

— Дэм, ты не виноват, — прерываю я.

— Нет, — мотает головой. — Если бы я не впутывал тебя в это…

— Я сам себя впутывал. У меня своя голова на плечах, и если бы надо было, я бы влез ещё раз. — Он смотрит внимательно. Молчит.