По крайней мере, до конца этого семестра, а я ни с кем не делюсь – заруби это на своём аккуратном носике… – его голос прозвучал на удивление спокойно и сдержанно.

Мне стало не по себе. Похоже, у Феликса окончательно поехала крыша. Решила поскорее выполнить всё, что ему от меня нужно, и вернуться в общежитие. Находиться рядом с ним чревато проблемами.

– Чего ты хочешь? – тихо спросила.

– Пойдем, – не удостоив ответом, наглец взял меня за руку и, до боли стискивая пальцы, потащил куда-то вглубь двора.

Через минуту мы оказались в небольшой резной беседке из белого дерева. На скамейке лежали пледы, а в центре возвышался сервированный стол. Я округлила глаза, удивленно глядя на тарелки с диковинными фруктами, десертами и закусками. Рядом с графином, наполненным соком, стояла бутылка вина.

– Что всё это значит? – ошарашено развела руками. Я не доверяла этому парню и не собиралась с ним трапезничать.

– Я гостеприимный хозяин, Злата. Угощайся. Чувствуй себя как дома. Хочу, чтобы ты расслабилась, золотце, – миролюбиво изрёк Железнов, проведя кончиками пальцев по моему запястью.

Вздрогнула, резко отдернув руку.

– Спасибо, но я не голодна.

На этот раз сущая правда. Как следует поужинала, чтобы больше не влипнуть в какую-нибудь дурацкую ситуацию. Хватит с меня рабства.

– Чего ты хотел? У меня не так много времени… – пробормотала, нервно покусывая губу.

Если бы люди умирали от волнения, я бы уже стояла на краю могилы.

– Для начала сними футболку и бюстгальтер, – повелительно выдал он.

Обратила внимание, как заиграли желваки на мощных челюстях.

– Чего?!

– Я коллекционирую фотографии женской груди, – равнодушно добавил Феликс, делая шаг навстречу.

– Но я… – потерянно развела руками, подбирая слова, как вдруг полные бледно-розовые губы озарила самодовольная ухмылка.

– Шучу. Но если хочешь, мы можем начать коллекцию с твоей груди. Представляешь, через годик-другой будет целая экспозиция, посвященная женским сиськам. И все звезды будут делать селфи на фоне твоих прелестей. Вот так успех! Не находишь?

Мой рот искривился, а лицо сделалось таким, будто переела васаби.

– Господи, ты, правда, псих…

– Ну, ладно. Подумай пока. А вообще надо точно сделать такую выставку. Поедем гастролировать по миру. Представляешь название: «Я и мои любимые сиськи…»

– Сынок, мы с отцом поехали в аэропорт. Ты…

Неожиданно из тенистой аллеи к нам в беседку зашла невысокая женщина с копной непослушных вьющихся волос кофейного оттенка. К гадалке ходить не надо, чтобы понять – это мама Феликса.

– Ты не один? – озадаченно выдала она, с ног до головы проходясь по мне оценивающим взглядом.

– Здравствуйте… – тихонько поздоровалась, испытывая замешательство.