– Надеюсь, что это все-таки не понадобится, – с улыбкой произнес он и пояснил для Алексея: – Шис грасори. Броня скрытого ношения. Стоит дорого, но того стоит.

– Айрис, ты ненормальная… – Алексей покачал головой, в ответ на что девушка лишь фыркнула, вскинув голову и с вызовом посмотрев в глаза Алексею.

– О, я узнаю этот взгляд. – Император рассмеялся. – Мне кажется, полковник, что ваша спутница…

Император не договорил. Мозаичный пол зала вспучился, и примерно в центре сквозь перекрытие начал вылезать зверь, похожий на сильно раздувшегося краба длиной десять метров и высотой около пяти, только с десятком многосуставчатых ног, двумя парами клешней, с острыми пиками и точками глаз, разбросанных по всему телу в глубине костяных складок.

Зверь еще не выбрался, когда по нему открыли огонь телохранители императора, которых оказалось довольно много. Палили в монстра без передышек, на расплав стволов, но видимого эффекта это не имело. Краб-переросток лишь полыхал голубоватым защитным полем, высвобождая тело из капкана бетонных плит.

Пара боевых магов тоже отметились, метнув в противника синхронно собранное многослойное плетение, оторвавшее крабу одну из лап, чего тот, похоже, даже не заметил, потому что уже повернулся в сторону императора и, видимо узнав свою цель, выдернул застрявшее тело и рывком придвинулся ближе.

К этому времени Алексей, оценив диспозицию, уже принял для себя решение и шагнул вперед, а сешасс, потекший словно ртуть, приобрел форму длинного двуручного меча, с тонким штыкообразным острием.

Эту форму монстра Алексей знал, так как пару раз Аширах вызывал его, когда учил Алексея работать алебардой и длинным мечом. Это был обычный монстр для того мира, откуда пришел живой меч, но как вышло, что тварь из запретных миров появилась здесь, было загадкой, которой кому-то предстоит заняться."

"Пару выпадов клешней Алексей принял на меч, громко зазвеневший от того, что радовался битве, а дальше все слилось в непрерывный боевой танец, где Алексей рубил, колол, последовательно состригая конечности, а после кромсая прочнейший панцирь, и последний удар, когда меч, резко удлинившийся до пяти метров, пронзил монстра насквозь.

«Хозяин, если вы не будете поглощать этого врага, можно я его выпью?» – раздался в голове голос живого меча, в этом была такая мольба, что Алексей лишь кивнул, подтвердив это движение внутренним согласием, и монстр, еще мгновение яростно таращивший все свои глаза, вдруг дернулся, словно его пронизал электрический разряд, и Алексей буквально всем телом ощутил, что враг умер.