Там я поняла, что у людей хорошо и интересно, но дома лучше. Я осталась и совсем забыла про свои приключения.

— Но ведь ты не виновата, — негромко сказала Тирна и повернулась за поддержкой к Грете, — тебя обманули.

— Я виновата в том, что использовала магию для развлечения, — Финли чуть шевельнулась и искоса посмотрела на слушателей, — вы меня не презираете?

— Нет. Ты мой друг, самый первый, — Грета поднялась на ноги и уселась рядом со своей непривычно голубой лисой. — Я же простила тебе воровство сахара.

— Я все возмещала, — буркнула лиса. — Удачей или здоровьем.

За такое куда больше отдают, чем пару мешков сахара.

— Так, а дальше-то что было? — вернула всех назад Тирна.

Грета осуждающе посмотрела на подругу и осталась сидеть на траве, рядом с Финли.

— А дальше дриады закончили с Изначальным Лесом. Вы же знаете, что магия исходит не только от людей и волшебных зверей, но и от спрятанного в горах леса?

— Теперь знаем, — ответила Грета.

— Разумеется знаем, — хмыкнул некромант.

— О как, — поразилась Тирна.

— Да, дриады идут из мира в мир и высаживают свои деревья. Если честно, то я не помню для чего мы это делаем.

Из меня вышла плохая дриада. Но они ушли, а я осталась. Осталась запечатанной в лисий облик, тот самый, который чаще всего принимала в людском городе. Я должна найти потомков тех трех родов, которые из-за меня были обречены на исчезновение. И с двумя у меня все получилось. А вот третьего не получалось найти почти триста лет. Я потеряла личность, практически растворилась в магии. Тогда меня нашла твоя мама, — Финли посмотрела на Грету, — и мы заключили договор, впрочем, это ты знаешь.

— Ты нашла его? — подалась вперед Тирна.

— Я нашла его еще тогда, — Финли дернула хвостом, — но не срослось… Я не хочу сейчас об этом говорить. Достаточно того, что тогда у меня не вышло помочь — Дейрдре постаралась вернуть мне разум, но сил обычного менталиста было недостаточно. Последняя представительница третьего рода погибла, а я не смогла ее спасти. И вот недавно я вновь почувствовала эту ниточку, совсем тонкую, прерывистую. Как будто этот потомок мечется между жизнью и смертью, а определиться не может. Я хотела его найти и «определить». Но не выходит. Думаю, что мне просто кажется.

И думаю, что мне придется просить тебя, Грета, заключить со мной связь хозяин-фамилиар. Еще немного и я вновь начну терять себя и свой разум.

Грета медленно кивнула:

— Я не дам тебе умереть. В любом случае. Вот только, что если ты ошибаешься и мы найдем третьего потомка? Ты уйдешь за своими собратьями? — спросила Грета.

Финли села, деликатно зевнула и ответила:

— Я буду иметь возможность уйти. Но потребности в уходе у меня нет.

— Но тогда зачем ты их ищешь? — удивилась Тирна.