Мы с Владом договариваемся встретиться на третьем этаже через час: там огромная комната с плазмой во всю стену, и там же мы будем играть в модную онлайн игру, поедая мороженное. Кажется, этого парня нужно встряхнуть, напомнить о том, что жизнь — это не только гонка за деньгами. Он не говорит об этом, но по тому, как быстро отвечает на звонки, видно, что он из тех, кто привык решать проблемы сразу, даже если они возникают в три часа ночи или застают его в процессе получения удовольствия от минета.

Я быстро принимаю душ, раскладываю вещи, вынимаю обновки из коробок и вешаю их отдельно, чтобы завтра снять бирки и еще раз все перемерять. В доме тепло, поэтому я надеваю майку и короткие шорты, обрезанные из старых джинсов. Звонок мамочки застает меня как раз, когда я расчесываю волосы, добиваясь дельной гладкости. Она счастлива, минут десять щебечет о том, что залитый солнцем пляж — это мечта, и что коктейли там потрясающие, и трава зеленее, и вода теплее. Слушаю, искренне за нее радуясь. Она заслужила счастье и мужчину, который оценит ее по достоинству. Таким же, я надеюсь, будет мой Костик. Когда закончит учебу, станет преуспевающим архитектором и будет вечно мне благодарен зато, что я была с ним с самых истоков. Такого мужчины не забывают.

— Мамочка, Рэм меня донимает, — жалуюсь я.

Она сразу же переключается в режим «я сука, которая порвет за своих щенков» и молча меня выслушивает.

— Кажется, он намерен испортить мне жизнь, — заканчиваю я. — Поэтому его нужно проучить.

Слава богу, мамочка у меня просто мировая и всегда и во всем — на моей стороне.

— Я говорила Андрею, что одного дня вполне достаточно, чтобы показать тебе дом, — сокрушается она, — но ты же знаешь — он такой упрямец.

— Влад меня вполне устраивает. — Я падаю на подушки и с упоением пою дифирамбы его терпению, щедрости и снисходительности. — Он такой милый. Но Рэм… — Я морщу нос, как будто она может видеть выражение моего лица. — Его нужно как-то ликвидировать, пока он не перетащил Влада на свою сторону.

— Сделать его жизнь невыносимой? — подсказывает мамочка.

— Чтобы не хотел тут появляться, — подхватываю я.

— Он жуткий соня. Раньше двенадцати не встает. И когда его будят, жутко бесится. И очень, очень не любит, когда его рубашки…

Через полчаса, когда мы с Владом уже во всю зачищаем опасную пещеру с монстрами, в комнате появляется Рэм. Злой, как черт — это видно по его глазам, и по тому, как напряжена челюсть.

— Тещи — они такие, — вслух размышляю я, с упоением облизывая ложку из-под мороженного. — Мозг выносят только так.

— Ты еще его тестя не знаешь, — с видом, будто выдает военную тайну, говорит Влад, забирает у меня ложку, набирает горсту мороженного и вкладывает ее обратно мне в рот. — Генерал.