Понадобилось меньше суток, чтобы благодаря природной магии у него затянулись ранения, а тот самый отличительный орган, если вспомнить об ангельских крыльях, у меня наверняка будет болтаться не одну седмицу! Так что, не дай, добрый Боженька, еще раз пережить столь чудовищное приключение!

– Веда, ты чего застряла? – подогнал меня Ратмир.

– Сейчас! – отозвалась я и, глубоко вздохнув, надела кольцо.

Секундой позже стало ясно, что воспоминания о пережитой в восьмилетнем возрасте боли сильно померкли с годами. Казалось, что мышцы разрывались, а кости крошились в пудру, нестерпимо горело между ног.

Я даже не смогла закричать, съехала с унитаза и отключилась…

В сознание меня привел настойчивый стук в дверь.

– Веда, ты в порядке? – позвал Ратмир.

– Да, – слабо отозвалась я. Подняла руку с кольцом и на мгновение забыла, как дышать. Ладошки по-прежнему оставались узкими и аккуратными, а пальчики тонкими, но кожа стала насыщенного зеленого цвета.

– Твою мать! – прошептала я, мгновенно приходя в себя, а в следующий момент уже стояла на ногах и разглядывала в зеркале страшную зеленую физиономию с приплюснутым носом, пухлыми темно-изумрудными губами и острым подбородком.

На макушке вместо ушей тряслись острые локаторы и как будто напрашивались на то, чтобы их связали ленточкой.

– Блин… – снова протянула я, не находя других слов.

Док превратил меня в уродливого гоблина! Даже не тролля, а гоблина, чем-то отдаленно напоминавшего прежнюю меня. Зато, судя по ширинке, я стала мужского пола…

– Ведушка, ты чего притихла? – жалобно заскребся Док.

– Чего притихла? – рявкнула я и со злостью толкнула дверь, заставив бездарного эскулапа отпрянуть на несколько шагов.

Мой выход погрузил комнату в изумленное оцепенение.

Профессор мгновенно покраснел и как-то нервно сглотнул. Полулежавший на подушках Стриж забыл закрыть рот, а Ратмир, разговаривавший с кем-то по зеркальному коммуникатору, оборвал разговор на полуслове и медленно опустил руку.

– У меня только один вопрос, – произнесла я и повернулась к Доку, который приобрел красивый свекольный цвет. – Так все и задумывалось?

В следующий момент гробовая тишина взорвалась издевательским гоготом Ветрова-младшего.

– По-твоему, это смешно?! – рявкнула я, почему-то указывая на ширинку.

– Кто ты, уродец? – задыхался парень, хватаясь за бока. – И зачем ты слопал нашу Птаху?!

– С другой стороны, тролль даже лучше, чем просто парень, – рассудил Ратмир.

– Судя по росту, она стала не троллем, а гоблином! Маленьким паршивеньким гоблином! – задыхался на кровати Стриж, и я мстительно пожелала, чтобы у него разошлись раны.

– Вы хотя бы попытаетесь сделать вид, что вам стыдно? – накинулась я на братьев, а Док из свекольного стал пятнистым.