Док щелкнул пальцами:

– Так и есть.

– Поэтому за мной охотятся плохие парни?"

"Профессор кивнул. Я серьезно посмотрела в его бородатое доброе лицо.

– А вы, Док, в какой команде? Вы плохие или хорошие парни?

Между нами возникла долгая напряженная пауза. Судя по всему, глядя мне прямо в глаза, Док врать не мог, хотя отчаянно желал. От неловкой лжи его спасло подозрительное шипение. Мы резко оглянулись. На плиту летели брызги от закипевшего супа. Жирные оранжевые кляксы разлетались в разные стороны и насквозь прожигали поверхность, а дырочки исходили зловонным дымком.

– Док, у вас чай есть? – осторожно поинтересовалась я, не желая даже приближаться к забористому профессорскому кушанью.

– Есть. – Он сморщил нос и поправил очки.

– А хлеб?

– Давнишний.

– А масло сливочное?

– Нет, маслице я в водичку для супчика бросил, – покаялся эскулап. – Похоже, оно-то и испортило заклинание.

– Тогда попьем чаю с хлебом.

Мы сидели на высоких табуретах за стойкой, заменявшей обеденный стол, и прихлебывали пустой чай, пахнущий соломой. Разрезать хлеб, давно превратившийся в камень, у нас не получилось. Пришлось отламывать по кусочку и размачивать, как сухарики. Учитывая зверский голод, на вкус оказалось не так уж и плохо.

– Украшения называют «Магическими узами». Их два. – Док кивнул на мою повязку. – По сути они являются резервуаром для силы и способны даже среднего колдуна превратить в могущественного мага. Говорят, что Гориан извел пару десятков родственников, чтобы отобрать у них дар. Аггелы чувствовали магию браслетов и шли за ним, как ягнята. Его армия была непобедима.

– Но ведь война все-таки завершилась нашей победой, – напомнила я.

– Аггелы единственные существа, которые впитывают природную магию даже из воздуха. Как их победить? Если бы Гориан не свихнулся к концу войны и не покончил с собой, наш мир сейчас выглядел бы иначе.

– Его свела с ума черная магия?

– Видимо, браслеты оказались настолько мощными, что уничтожили и своего создателя. Говорили, что в конце жизни он научился читать чужие мысли.

– Одного во всей этой истории не понимаю. – Я отхлебнула остывший чай. – Если эти браслеты настолько опасны, то каким образом один оказался у меня на руке?

– Ты его надела.

– Ты знаешь, о чем я спрашиваю, Док, – усмехнулась я, не давая профессору соскочить с крючка.

– Один браслет был утерян много лет назад, второй – хранился под замком в Историческом музее. Пару седмиц назад его украли. Нам удалось выяснить, что вор назначил встречу в подземке, но что-то пошло не так…

– И теперь мы мило беседуем у тебя в лаборатории и попиваем жиденький чаек, – закончила я. – Ты так и не сказал, Док, я должна вас бояться?

– А ты боишься? – тихо спросил он.

– Боюсь.