Обещаю, грязь не увидят.

А чего это он такой подозрительно сговорчивый вдруг?

Внезапно шеф без каких-то предупреждений прямо на ходу схватил меня за талию и рывком привлёк к себе. Я только пискнуть успела. Его тень взметнулась из-под ног, и мы шагнули прямо в неё.

И снова прохладная тьма обволокла со всех сторон, отрезая звуки и запахи. В этот раз, хоть дыхание на секунду и сбилось, но ощущения были не настолько болезненными, как в прошлый. Если тогда тьма восприняла меня как закуску, любезно доставленную ей щедрым хозяином, и сразу попыталась наброситься на угощение, то сейчас она лишь попробовала меня на вкус.

Не было всепоглощающей опустошённости, однако эмоции притупились, прохладой змеиной кожи скользнула тоска, а восприятия подёрнулись пыльной плёнкой.

Я невольно прижалась к шефу ещё сильнее. Интересно, а что почувствовала бы Илиара, попади она сюда? Это место приняло бы её за свою? Или тоже посчитало бы закуской?

К счастью, погружение в тьму было коротким. Всего пара шагов – и мы вынырнули в море света, который на мгновение меня ослепил.

И неудивительно – люстры в этом зале размером были намного больше меня.

Всё вокруг сверкало и блестело – пол и колонны были белоснежными, с вкраплением мелких кристалликов, отражающих свет. Тут и там зал украшали скульптуры, словно бы вырезанные из льда.

Вампиров здесь было около десятка и среди них всего три женщины. На их фоне я моментально почувствовала себя убожеством – вампирши были красотками с белоснежной кожей и идеальными причёсками.

У членов изысканного клуба имелась своя форма одежды. И если чёрные приталенные платья женщин, отороченные белоснежным мехом, выглядели очень элегантно, то мужчины в пышных блузах с жемчужными пуговицами и нелепых бархатных штанах, больше напоминающих колготки, походили на танцоров балета.

Разумеется, на украшения никто из присутствующих не поскупился – сверкание драгоценностей слепило глаза.

Наверное, их роскошь подавила бы меня, если бы не ещё одна деталь одежды, которая имелась у каждого вампира в этом зале, а именно – повязанные на шею розовые слюнявчики, как у детей.

На наше появление никто не обратил внимания – у членов изысканного клуба было более важное занятие, которому они предавались со всей страстью.

Они ели! Ели вдумчиво, сосредоточенно, полностью отдаваясь делу.

Они медленно двигались вдоль накрытых у стен столов и без конца набивали щёки, ловко орудуя золотистыми щипчиками, которыми поддевали закуски с блюд и отправляли в рот.

Арьен не соврал – здесь действительно было сборище изысканных обжор. И при этом ни одного толстяка! Аж зависть берёт, честное слово.