— Приходи за нами завтра! — кричит ей вслед Мадикен.

Она сейчас немножко вялая от уколов и лекарств, но очень довольна, что Лизабет тоже здесь.

— Он отрезал тебе ногу? — спрашивает сестру Лизабет. Ей кажется, что именно так лечатся змеиные укусы.

— Дурочка, отвечает Мадикен — конечно, нет, но зато моя нога теперь еле умещается в кровати, такая она толстая.

Мадикен разрешает сестре взглянуть на свою ногу, и, увидав её, Лизабет хохочет на весь коридор. Потом укладывается поудобнее в постель.

— А весело всё-таки ложиться спать каждый раз на новом месте, — говорит она.

Когда мама с папой возвращаются из путешествия, девочки вместе с Альвой встречают их на вокзале. У Лизабет забинтована голова, у Мадикен — нога, а в остальном у них всё в порядке. Дети радостны и возбуждены так, что едва могут стоять спокойно.

И вот поезд, попыхивая, подползает к перрону, вот он останавливается, и в клубах паровозного дыма Мадикен с Лизабет видят маму и папу.

— Мама! — кричит Лизабет.

— Папа! — вскрикивает Мадикен.

И в тот же миг сошедшие с поезда мама и папа уже обнимают своих дочек.

— Лизабет, что у тебя с головой? — тут же спрашивает мама.

— Дядя Берглунд сделал у меня на лбу пять стежков, — гордо сообщает Лизабет.

Мама стонет.

— Ну разве я не предчувствовала, что с вами обязательно что-нибудь случится на Яблоневом Холме!

— Ты думаешь, это там? — хихикает Лизабет, но мама её не слышит, она замечает повязку на ноге у Мадикен.

— И ты тоже? А у тебя что?..

— Меня укусила змея, — с удовлетворением Мадикен и радостно смеётся. Мама укоризненно смотрит на папу.

— Юнас, что я говорила?

Но тут в разговор вступает Альва:

— Сейчас мы вам всё расскажем.

И они рассказывают. Насколько опасно жить в Юнибаккене.

АЛЬВА ИДЁТ НА БАЛ

Дни бегут один за другим. Мадикен не понимает, куда они исчезают. Вдруг проходит лето, вдруг наступает осень, и Мадикен снова начинает ходить в школу. Стоит только высунуть нос на улицу, как сразу чувствуешь: воздух пахнет осенью, и всюду видны её приметы. Берёзы, окружающие Юнибаккен, понемногу желтеют, сад весь светится от осенних флоксов, астр и кресс-салата, а когда Мадикен отправляется по утрам в школу, в траве под деревьями лежат яблоки. Каждое утро она поднимает два яблока, и башмаки её становятся влажными от росы. А потом они с папой идут в школу и едят эти яблоки, впрочем, папа идёт не в школу, а в редакцию.

Мадикен рассказывает ему, как проходят занятия во втором классе. Почти так же, как и в первом, особой разницы нет. Единственно, чем отличается второй класс от первого, так это тем, что они с Мией больше не ссорятся. Мия снова ходит в школу. Она ведь должна учиться. Ну и конечно, по-прежнему не ладит с ребятами, надоела всем в классе.

— Но со мной она больше не ссорится, — рассказывает Мадикен.