— Мия утверждает, что любит меня.

— А ты, ты её любишь? — спрашивает тогда папа.

— Люблю… — отвечает Мадикен — С ней всегда интересно играть, очень даже интересно.

Мия с Маттис много раз приходили летом в Юнибаккен, и Мадикен помнит, какими увлекательными были их игры с Мией. Но в школе с ней всё-таки нелегко, объясняет она папе. Потому что теперь, когда Мия любит Мадикен, она хочет, чтобы все в классе видели её любовь, и становится просто навязчивой.

— «Мыс Мадикен, мы с Мадикен…» — постоянно, повторяет она, И если я стою и разговариваю на перемене с Анной-Лизой, то она носится вокруг нас, поёт, кричит, горланит, так что мы даже не слышим, о чём говорим. Зато играть с ней интересно!

— Вот и играйте вместе, — предлагает папа.

И они играют. Мия с Маттис по-прежнему приходят в Юнибаккен. Иногда Маттис забегает одна поиграть с Лизабет, пока Мадикен в школе.

Играть с Маттис не так интересно, как с Мией, но Лизабет пытается научить её. А Маттис в благодарность учит Лизабет множеству новых слов, которых та никогда прежде не слышала. Лизабет собирает слова. Правда, словечки Маттис не так уж благозвучны, и мама не изъявляет радости, когда Лизабет, которую она ведёт за руку, завидев на рыночной площади направляющуюся к ним бургомистершу, вдруг говорит:

— Смотри-ка, мама, она идёт сюда, эта… — И Лизабет произносит такое словцо, что мама приходит в ужас."

"Однако бургомистерша, к счастью, не слышит её — какое неслыханное везение! Она шагает быстро и энергично, полная желания обсудить с мамой предстоящий осенний бал, который состоится в Садовом павильоне при гостинице. Но мама застывает на месте в смертельном испуге, что Лизабет снова откроет ротик, и потому она не в состоянии ни говорить с бургомистершей, ни отвечать ей как следует.

— Не сомневаюсь, что вы придёте на бал всей семьёй, — уверенно произносит бургомистерша — А Юнас должен написать о нашем бале большую статью в газету!

— Я попрошу его, — обещает мама.

И бургомистерша уходит, а мама принимается за Лизабет.

— Лизабет, это ужасно! Таких слов ты никогда больше не должна говорить, обещай мне!

— Может быть, только в гардеробе, по вечерам, перед тем как лечь спать… — робко предлагает Лизабет.

Но маму подобное предложение не устраивает. Она боится, как бы эти словечки не выпрыгнули вдруг из гардероба, когда их меньше всего ждёшь, и потому решительно заявляет:

— На, и в гардеробе тоже нельзя! Никогда и нигде, ты слышишь?!

Однако Лизабет не даёт никаких конкретных обещаний, и тогда мама пытается изменить тактику.

— Я дам тебе десять эре, если ты пообещаешь мне никогда больше не произносить этого слова!

На такую сделку девочка соглашается.