Андрей только фыркал, когда папаша умилялся своей новой игрушке и представлял, как спустя пятнадцать лет её так же вышвырнут в дорогой колледж, чтобы продолжить забавляться с новой барби.

Когда Андрею был один год, волосы у него тоже были светлыми. Он не знал точно, но думал, что тогда папаша умилялся и ему. А к шести годам волосы у него порыжели, и отец почему-то решил, что это лучшее доказательство того, что Андрей не его сын.

Андрей часто думал, что в другой семье его, наверное, могли бы и просто вышвырнуть на улицу – как вышвырнул отец свою первую жену и его мать. Однако у Журавлёвых дело обстояло иначе, и его попросту отправили учиться на другой конец материка.

За три года Андрей приехал в Москву в первый раз и не потому, что хотел. Он звонил родителям каждый год, но мать снова вышла замуж, и теперь в той семье он тоже стал лишним. Отцу же он не был нужен уже давно.

Он и сейчас, сидя в машине, не мог понять, кому в голову пришла эта идиотская идея поехать на праздники домой – и, главное, зачем. Видимо, они с Дэвидом что-то надумали вечером накануне, но что - он вспомнить не мог в упор.

Задумавшись об этом, Андрей не заметил, как машина остановилась. Из мира собственных мыслей его вырвал свист водителя и холодное, совсем не услужливое:

- Приехали.

Андрей выглянул в окно.

- И что это за хрень? – спросил он. – Я на Воробьёвы просил.

За окнами простирался вдаль какой-то подземный гараж – абсолютно пустой.

- Эй, алё? – он толкнул водителя в плечо, а уже через секунду ближайшая к нему дверь открылась, и чьи-то руки выволокли его наружу и заломили локоть.

Андрей увидел, что оказался в руках двух мужчин: один, лысый, с татуировкой на черепе, стоял напротив. Он взял в руки сумку и, рванув молнию, присвистнул.

- Ярик, дерьмо.

Того, которого звали Яриком, Андрей не видел. Только чувствовал его стальную хватку поверх рукава.

- Уроды, охренели или что? – он дёрнулся, пытаясь вырваться.

Лысый тут же отбросил сумку в сторону и заехал ему по лицу. Потом подцепил подбородок одним пальцем и заставил посмотреть на себя.

- Где наркота? – спросил он.

Андрей похолодел. До него начало доходить.

- Где трава, я спросил?! – рявкнул лысый, а тот, что был за спиной, заломил ему руку сильней.

- В унитазе, - ответил Андрей тихо. Он не боялся – наверное, потому что не верил до конца в то, что влип.

Тот, которого звали Ярик, хохотнул.

- Не смешно, - отрезал лысый и ещё раз ударил Андрея в зубы, так что губу пронзила боль, и Андрей почувствовал на языке вкус крови. – Где наркота, я спросил?

- Нету, я сказал! Слил!

- Блять, охренел? - Лысый ударил его ещё раз, теперь уже под рёбра. – Я спросил, где наркота!

Ярик почему-то снова рассмеялся, но руки так и не отпустил.

Андрея били ещё.