Мы с Аркаэлой мгновенно обмениваемся взглядами и срываемся с места в том направлении, откуда донёсся звук.

Я хватаю дроу за руку, и мы растворяемся в тенях. Через мгновение мы выныриваем у небольшой рощицы, примыкающей к пыльной грунтовой дороге.

Мой взгляд моментально выхватывает группу из десятка игроков, окруживших небольшой караван из трёх повозок. Они отбиваются от нападения… сусликов? Серьёзно⁈

Бах! Бах! Бах! Игроки обрушивают шквальный огонь на порождения Системы, но те молниеносно уходят под землю в последний момент, виртуозно уклоняясь от свистящих пуль.

— Да пристрелите вы этих тварей наконец! Сколько можно промахиваться! — хрипло ревёт коренастый старик с яркой банданой на голове.

— Господин! Их слишком много! — отчаянно кричит один из охранников каравана, но в следующий миг его горло пронзают острые клыки суслика, выскочившего из-под земли.

— Хан! Чёртовы твари! — выругался старик, мгновенно отдавая новые распоряжения. — Держать защитный периметр! Не позволяйте им прорваться к повозкам!

Я насчитал около тридцати сусликов — удивительно многочисленная группа монстров. Обычно Система формирует гораздо меньшие отряды. Что же могло привлечь столь крупную стаю?

— Следует ли нам вмешаться? — тихо спрашивает эльфийка. — Если ничего не предпринять, их попросту уничтожат.

И это чистая правда. Как бы отчаянно ни сражались мадридцы, как бы яростно ни размахивали клинками и ни палили из пистолей, суслики явно не собирались отступать. Напротив, их атаки становились всё более ожесточёнными, а извилистые борозды от их подземного передвижения неумолимо приближались к повозкам каравана.

— Ты ведь можешь оставаться в тени, поддерживая со мной связь? — обращаюсь к Аркаэле. Появление тёмной эльфийки неизбежно привлечёт внимание властей Мадрида, поэтому ей категорически нельзя показываться на глаза местным жителям.

С другой стороны, я не могу просто отправить её обратно в Спарту. Как я тогда вернусь в свой регион? Не устраивать же государственный переворот в одиночку!

— Разумеется, — отвечает Аркаэла и мгновенно растворяется в собственной тени. В один миг — и я остаюсь один. По крайней мере, так кажется со стороны.

— Что ж, приступим, — негромко усмехаюсь я и покидаю укрытие. В ладони привычно ложится рукоять благородного цзяня.

Пора размять мышцы!

* * *Мой стремительный рывок не остаётся незамеченным для сусликов. Словно ощущая малейшие колебания почвы, они синхронно поворачиваются в мою сторону.

Лёгкий, почти неуловимый всплеск ауры страха — и существа моментально осознают, что именно я представляю для них наибольшую угрозу.