А Данте мог только отвечать комариными укусами в виде ночных вылазок «фей».

Да и всё на этом.

Милан держался. Милан сражался. Но всё же они были в первую очередь учёными, а не воинами.

И если Спарта не подоспеет в ближайшее время, то пламя войны очень скоро перейдёт под стены полиса. Чего Лорд Милана желал избежать любой ценой.

* * *— Все вниз! — рявкнул Насрулла.

И бывшие крестьяне скатились по скату крыши прямо в заготовленный заранее стог сена. Как раз вовремя.

Бах! Бах! Бах! Бах!

Так как по крыше застучали смертельным градом стрелы и метательные копья.

Мелкая черепичная крошка посыпалась им на головы. Облачка пыли на какое-то время скрыли их фигуры от стрелков.

— Давайте! Не тормозим! Встали и бежим дальше! Иначе все здесь подохнем до одного! — рычал Насрулла.

Сердце билось о грудную клетку, точно в новенький барабан.

Пот стекал по лбу, попадал в глаза, вынуждал их постоянно протирать и постоянно щуриться.

Рубаха под кольчугой уже давно прилипла к спине, а вес доспехов ощущался раза в два большего положенного.

Война для Москвы началась относительно неплохо. Так как Леди Актриса определила ошибки прошлого и уже провела реформу в армии.

Теперь, помимо паладинов, у Москвы появились собственные солдаты. Да, не самые умелые, отбираемые среди крестьян, но зато компенсирующие малую численность самих паладинов.

Очень скоро армия Москвы перешла на небольшие отряды этаких егерей. Группы солдат, которые под руководством одного-двух паладинов могли вполне себе действовать независимо и без надобности постоянного контроля.

Эти самые егеря и задали самую большую трёпку силам Рима, который вошёл в долину ко всеобщему шоку.

Они-то ожидали Вавилон, но атаки со стороны Рима совершенно не ожидали.

Новая сеть укреплённых форпостов стала для врага неприятным сюрпризом. Ведь даже после осады и захвата очередной базы римляне были вынуждены столкнуться с многочисленными лазутчиками, что непрерывно портили им жизнь.

Стрельба из луков с крыш, коктейли Молотова по осадным орудиям, поджог амбаров, складов, засады на полях пшеницы, в каждом более-менее подходящем овраге.

Егеря дейстовали аккуратно, грамотно и неторопливо. Сдавая форпост за форпостом, они отходили всё дальше к самой Москве.

Но, главное, что они задерживали силы Рима. Которых, кстати, оказалось не так чтобы много. Всего каких-то двести пятьдесят солдат. Да, далеко неслабых, привычных действовать слаженно и в едином тандеме.

Но их было не так много, как тех же кочевников.

А вот о вопросе качества своих элит Москва могла совершенно не беспокоиться.

Вот и выходило, что Рим на территории долины окунулся в полноценную партизанскую войну.

Впрочем, долго это отступление продлиться не могло.

Форпосты отходили врагу один за другим.