– Мне понравилось… твоё «Обратное Измерение», – улыбнулась она Лильке. – Я… под большим впечатлением. – Стрельнув взглядом на старательно сдерживавшего рвущуюся улыбку следователя, Аглая постаралась выдержать серьёзное выражение лица.

– Ведь здорово получилось, да? – расцвела радостью и воодушевлением Лилька.

– Оч-ч-ч-ень, – с чувством заверила подругу Глаша.

– Вот! – довольнёхонько и горделиво разулыбалась Лилька и, подскочив с места, ринулась обниматься с Аглаей.

Позависала в обнимашках и внезапно резко отстранилась и пожаловалась:

– Только мне мою статуэтку не отдают.

– Лилия Фёдоровна, – объяснил, и, судя по выражению лица, уже не первый раз, Коломийцев, – в данный момент ваша статуэтка является вещественным доказательством в деле о нападении на вашу подругу. Сразу же после того, как закончится суд по этому делу, вашу собственность вам вернут.

– Смотрите на это как на крутую рекламу, Лилечка, – посоветовала девушке Муза Павловна, доброжелательно улыбаясь. – Только редким, настоящим художественным произведениям случается побыть доказательствами в преступных делах.

– Да? – посмотрела удивлённо на старушку Лилька, подумала и кивнула, соглашаясь: – Ну, вообще-то это мысль. – И торопливо чмокнула Глашу в щёку. – Тогда я пошла. Всё!

– Пока, – попрощалась с ней Аглая.

– Ну а мы, Аглая Сергеевна, – обратился к ней следователь, дождавшись, когда Лиля выйдет из комнаты, – приступим тогда к снятию показаний.

– Давайте попробуем, – выказала осторожный оптимизм Аглая.

– Я, с вашего позволения, поприсутствую, – раздался от двери голос Шагина.

Он деловито прошагал в комнату, приобнял за плечи и поцеловал в щёку Музу Павловну, поздоровался с Коломийцевым и Роговым, обменявшись с теми крепким, дружеским рукопожатием, и, подойдя к дивану, взял осторожно ладошку Аглаи.

– Привет, – улыбнулся ей.

– Привет… – прошелестела тихонько Глаша, чувствуя, как сердце, пропустив удар, вдруг понеслось отчего-то вскачь.

– Как ты? – с искренним беспокойством спросил мужчина.

– Жива, – улыбнулась ему мимолётной улыбкой Аглая.

– Ну ладно, – прервал их обмен странными взглядами Коломийцев, – давайте уже закончим с протоколами. Всем надо отдыхать.

И тут, зажужжав и заелозив по столешнице журнального столика, зазвонил телефон Глаши. Шагин передал телефон девушке. Она посмотрела на определившийся номер и, буквально секунду-другую посомневавшись, всё же ответила.

– Да… – просипела в трубку.

– Глаш, ты что, сипишь? – бодрячком позитивным спросил Антон и сам же выдвинул версию: – Всё-таки разболелась?

– Угу… – не стала вдаваться в конкретику Глаша, быстро окинув взглядом внимательно слушавших её разговор мужчин и Музу Павловну.