Скоркина умерла через сутки, не могли сбить давление и температуру. Через полгода от того же недуга ушла Ирина Касаткина, жившая с матерью-алкоголичкой. Девушка торговала на рынке чулками и однажды не открыла ларек. Окружающим лоточникам дела до нее не было, родительница, пребывавшая в пьяном угаре, понятия не имела, куда подевалась дочка. На Касаткину наткнулись на остановке маршрутки первые пассажиры, они же вызвали «Скорую». Скончалась Ира вечером в день госпитализации, диагноз — грипп. Чтобы сэкономить время, скажу: остальные жертвы либо не имели близких, либо тоже жили в неблагополучных семьях, где о них абсолютно не беспокоились.

Пострадавших находили рано утром в общественных местах — на остановках транспорта, на скамейках в парке или на улицах. Все выглядело так, будто им просто стало плохо, несчастные сели и потеряли сознание.

— А что выявило вскрытие? — спросила я.

— Ничего, — пожал плечами Роберт, — его не делали.

— Почему? — возмутился босс.

— Диагноз был ясен, — вздохнул Глеб Валерьянович. — Смерть наступала в реанимации в присутствии врачей, не видевших в случившемся никакой криминальной подоплеки.

И никто не заметил странной закономерности: девушки умирали с промежутком в шесть месяцев, они внешне были похожи, и в Лоскутове в то время не было эпидемии гриппа.

— Серийный убийца… — пробормотал босс. Потом голос его зазвенел: — И как вы этого не поняли?

Последний вопрос был обращен к Дубову.

— Мне никто из врачей ничего не сообщал, — вскинулся Федор Михайлович, — впервые об этих смертях сейчас услышал.

— Странные в Лоскутове медики! — вспылила я.

 — Девушек находят в бессознательном состоянии на улице, они умирают, а доктора просто выдают труп родственникам? И давайте-ка вспомним случай с Малютиной. Врач Виктор Антонович увидел ее с травмами и… не пригласил гинеколога, потому что, видите ли, решил помочь секретарше, дескать, медсестры растреплют про изнасилование, Елене потом никогда замуж не выйти. Вы слышали что-нибудь более идиотское? Я — нет! Если у женщины кровоподтеки, ссадины, есть признаки сексуального насилия, то следует немедленно звонить в полицию. А у вас это правило нарушается.

— Разберусь, — буркнул Дубов.

— Роберт, глянь, не было ли у погибших следов побоев? — потребовала я.

Троянов уткнулся носом в экран.

— Будем считать, что нам повезло, медкарты покойных оцифрованы. Да, у всех синяки, у троих сломанные ребра, у одной повреждена ключица. И что интересно: у каждой большая ссадина на плече, почти на одном месте.

— Но врачи не обратились в правоохранительные органы, — покачала я головой и еще сильнее разозлилась.