Шоу села на стул, с которого я встал, чтобы прибраться, и украдкой провела пальцами по внутренней стороне моего бедра. Нэш оторвался от совы, которую рисовал, и перевел взгляд с меня на Роуди.

– Джет, кажется, скоро возвращается с гастролей?

– Да. И что?

Джет выступал с одной популярной группой, он играл на рок-фестивале и отсутствовал уже больше полугода. Пока его не было, девушка, с которой он жил, сошлась с каким-то бывшим уголовником и он остался без жилья. Мы все думали, что Джет поселится у Роуди или у кого-нибудь из своих музыкантов.

– Сдай комнату ему, – посоветовал Нэш, словно тут и думать было не о чем. – Джет дружит с Эйден, ну и потом, он вечно ездит. Вы отлично поладите.

Мы с Шоу многозначительно посмотрели друг на друга. Джет действительно подружился с Эйден – точнее сказать, они сошлись совершенно независимо от нас всех, и мы нередко задавались вопросом, насколько близки могут стать поклонница кантри и металлист. Мы не понимали, как они находят общие темы для разговоров. На мой взгляд, Джет, живущий под одной крышей с темноволосой красавицей Эйден, просто напрашивался на неприятности – или, наоборот, имел все шансы приятного времяпрепровождения. Зависит от того, с какой стороны посмотреть.

Я взял Шоу за руку.

– Мой брат тоже вернется через пару месяцев. И ему нужно где-то пожить, пока он не сообразит, чем будет заниматься. Вот тебе еще один вариант.

Кора кивнула и вернулась к своим делам. Я посмотрел на Шоу.

– Поедем домой?

Мне нравилось задавать этот вопрос, а Шоу – слышать его. Она улыбнулась и осторожно приподнялась на цыпочки, чтобы поцеловать меня. Я догадывался, что ей больно. Нелегко терпеть уколы четыре часа. И обычно Шоу лежала неподвижно, как камень. Дома я собирался отправить ее под горячий душ, чтобы улучшить самочувствие.

– Да.

Мы вышли из салона, держась за руки, и зашагали домой. Шоу нравилось водить пальцем по вытатуированному у меня на костяшках имени, и я всякий раз невольно улыбался.

– Ты хочешь включить мою татуировку в свое портфолио, Рул?

Я не ждал, что она об этом заговорит, а потому удивленно взглянул на нее.

– Почему ты спрашиваешь?

Шоу пожала плечами.

– Не знаю. Ты же помещаешь туда всё самое лучшее. С какой стати делать исключение?

Я обвил ее рукой и притянул к себе, чтобы поцеловать в макушку."

"– Ну, те рисунки – просто работа. С ними мои клиенты отправляются туда, где их будут ценить и любить другие. Но всё, что я делаю для тебя, всё, что происходит между нами, – это нечто большее. В первую очередь, оно предназначено для нас с тобой. Когда я разрисовываю твое тело, то знаю, что каждый рисунок останется с нами всегда.