Девушка упала на подушки: резкое движение только усилило муки, но гордость не позволяла вскрикнуть.

– Ты, лживая сука! – завопил Бастида, сжимая кулаки. – Он здесь! Тристан здесь!

– Но… но этого не может быть, – пролепетала Беттина. – Он не…

– Хватит сказок!

Повернувшись на каблуках, он вылетел из комнаты, продолжая орать:

– Подумать только! Чтобы я, я поверил, что он не появится! Потерял бдительность, а теперь уж слишком поздно!

Он вбежал обратно с мотком тонкого каната, дико озираясь, словно в поисках чего-то:

– Но почему вы уверены, что это Тристан? – охнула Беттина. – Может… может, ошибаетесь?

Дон Мигель окинул ее взглядом, в котором смешались страх и ненависть:

– Я видел его своими глазами в толпе на пристани! Какой-то верзила окликнул его по имени! И они расспрашивали крестьян, где я живу. Хитрая лиса этот Тристан. Не бросил якорь в гавани, как я ожидал, а спрятал судно в другом месте, чтобы незамеченным пробраться в город. У меня нет времени собрать своих людей: придется встретиться с ним лицом к лицу!"

"Беттина тупо уставилась на дона Мигеля. Этого не может быть! Тристан сейчас должен находиться совсем в другом месте, далеко отсюда. Боже милостивый, почему он должен был явиться именно сегодня?! Не вчера, не завтра, а в ту минуту, когда она вот-вот родит и ничем не может помочь возлюбленному.

– Зачем же встречаться? – поспешно возразила она. – У вас еще есть время скрыться.

– Ни за что! Я покончу с этим раз и навсегда. У меня заслуженная репутация прекрасного фехтовальщика. Ни разу в жизни не терпел поражения и теперь не собираюсь.

Схватив Беттину, он стащил ее с постели, толкнул к тяжелой полке и привязал одну руку к массивному выступу.

– Что вы делаете? – ошеломленно пролепетала несчастная.

– Хочу быть уверенным, что ты не вонзишь мне в спину нож… пока я расправляюсь с этим щенком!

Беттина на мгновение забыла о ребенке, и только почувствовав приближение еще одной схватки, вскрикнула от ужаса: дон Мигель начал обматывать веревкой другую руку.

– Вы не можете поступить так со мной! – вскрикнула Беттина. – Я рожаю! Мой ребенок! Он вот-вот появится!

Напряженное тело выгнулось в судорогах, вновь раздался звериный вопль: Беттина отчаянно старалась высвободиться, схватиться за живот, но веревка только туже врезалась в запястья. Полка угрожающе наклонилась.

– Превосходно! На большее трудно было надеяться! – злобно расхохотался Бастида. – Твои вопли отвлекут внимание Тристана и заставят его обо всем забыть.

Боль утихла, Беттина подняла полные слез умоляющие глаза.