Какая-то волна заказная против него идет, мне тоже в директе предлагали гадость про него писать. Я даже думала тебе во всем признаться, но… ты… ты же уши мне надрать обещал. Я помню. И я так боялась, что ты меня… не зря боялась.

Замолкаю и смотрю на спокойную речку. Внутри легче стало, и сейчас я совершенно уверена, что Марат не будет злиться, не встанет и не уйдет, чтобы подумать и позвонить мне на следующей неделе.

— Тебе нужна была моя поддержка, а я… — выдыхает он, нервно теребя ладонью свои волосы. — Я не понял, но все равно… прости, если сможешь. Не знаю, что меня больше тогда взбесило: то ли то, что за моей спиной, то ли, что совершенно не замечал за тобой такой язвительности, то ли… как представил, сколько еще желающих надрать тебе уши… А еще я устал от двойного дна в людях. Мне нужна ясность. И я все о тебе хочу знать. И не буду пороть горячку, что бы ты мне ни рассказала.

— Да у меня нет никаких секретов больше. Мой блог — вот и вся моя тайная жизнь. Про дневник ты знаешь, я и сейчас продолжаю его вести, обещаю его больше не терять. Но там нет ничего такого, чего бы ты не знал.

— Когда-нибудь они у тебя появятся. Я не идеален, Люба, да никогда и не претендовал на это. Наверное, я не тот парень, в которого ты влюбилась в школе. — Он грустно улыбнулся. — Прочитай я сейчас твой потерянный дневник, то не узнал бы себя.

Мы молчим, смотрим на спокойную воду, чуть щурясь на солнце, которое ярко светит на безоблачном небе.

— Но мы можем познакомиться. — Он улыбнулся и протянул мне руку. — Меня зовут Марат, юрист, я люблю свою девушку Любу Метелицу, и я горжусь ее блогом «Любовь на сладкое».

Я пожимаю его руку, а он не отпускает меня и начинает рассказывать, говорить о себе то, чего не только я, да никто, наверное, не знает. Я слушаю внимательно, не перебиваю, хотя хочется иногда не только ахнуть. А еще я понимаю, что на самом деле мне тоже, тоже есть что сказать. Многое!

— Болит? Точно не болит? Если б я только знала… И дядя Холодова все разрулил, да?

Мы завтракаем в единственном уже начавшем работать кафе на набережной. Смотрю на его уставшее лицо и понимаю, что скоро нам придется потревожить Оксану с Холодовым, если тот, конечно, до сих пор в «чистилище». Что бы между ними ни было, но Марату точно надо отдохнуть. После такой-то ночи! Он и в машине не смог поспать как следует.

— Дядя Холодова — «безопасник», у него на всех машинах маячки стоят. Так что, пока мы там дрались, он уже все выяснил. Ребята его рассказали. Повезло на самом деле. Не уезжай больше от меня. Теперь я знаю, что это такое.

— Надеюсь, у меня не будет больше повода вот так уезжать. Интересный этот дядя Холодова, — задумчиво протянула. — Может, он еще узнать может, кто «заказал» «Али»? Посты новые вчера были?

— Были. Ты не волнуйся, мы разберемся со всем.