Поэтому попятилась к дверям со словами:

— Только на пять минут. Кольт. Ну что может случиться за пять минут?

И проскользнула внутрь прежде, чем он успел ей помешать.

Глава 41

Пивоварня «Золотой самородок» снаружи вовсе не выглядела набитой битком, но внутри оказалось полно народу. Джослин уже было решила, что сегодня какой-нибудь праздник, раз среди бела дня тут толпится столько публики. Но тут заметила перед многими тарелки с едой и сообразила, что сейчас, должно быть, обеденное время. Она и сама проголодалась.

— Ты не сказал мне, что это и ресторан тоже, — прошептала она, когда почувствовала за спиной Кольта.

— С кем это ты разговариваешь, парень?

Она обернулась и широко открытыми глазами уставилась на одного из местных завсегдатаев в таких же, как у нее, мешковатых штанах, висящих на подтяжках. К ее великому облегчению, он, почесывая длинную седую бороду, смотрел больше на бар, чем на нее.

— Прошу у вас прощения, я…

— Просишь у меня…

Он прыснул, не договорив. Джослин скривилась и бросила взгляд через его плечо в поисках Кольта. Его не было видно, а завсегдатай, прищурившись, смотрел на нее.

— Может, у тебя найдется лишняя монетка, которой ты мог бы поделиться, сынок? Если покупаешь выпивку, еду получаешь бесплатно.

Джослин покопалась в кармане, куда перед выходом сунула несколько монет, и протянула одну ему. Она поняла свою ошибку, когда увидела вылезшие на лоб глаза мужчины. Он чуть не сломал ей пальцы, выхватывая у нее из руки золотую двадцатидолларовую монету, пока она не передумала.

— Должно быть, ты только что с приисков, парень. Пошли, я куплю тебе выпивку. Черт возьми, я теперь богач.

Снова захихикав, он двинулся к бару. Джослин не пошла за ним. Вместо этого она направилась к выходу. Но тут ее грубо развернули, и она увидела весьма недовольного Кольта, который, как выяснилось, все это время стоял позади нее.

— По-моему, я велел тебе держать язык за зубами.

— Он решил, что я мальчик, — поспешно объяснила она. — Мы об этом не подумали. Раз уж я схожу за мальчишку, не могли бы мы побыть здесь подольше и пообедать?

— Нет, не могли бы, — раздраженно процедил он. — Насмотрелась?

— Вообще-то я еще ничего не видела, но… Слова застряли у нее в горле, и глаза стали как плошки — она увидела над зеркалом позади стойки большую картину в раме с изображением лежащей на софе женщины. Совершенно голой. Кольт засмеялся, и Джослин поняла, что стоит, разинув рот и залившись краской.

— Пошли, вон оттуда лучше видно. Пять минут. Немец, и мы уходим.

Джослин кивнула и покорно проследовала за ним к стойке. Это было продолговатое сооружение из резного орехового дерева. Через каждые восемь футов на нем висели длинные полотенца для того, как предположила Джослин, чтобы посетители могли вытереть руки.