— Возможно.

— И рожать тебе детей, и стирать тебе одежду.

— Я предпочитаю, чтобы моя одежда оставалась целой, и предупреждаю заранее: не смей даже приближаться к плите. Полагаю, в конце концов я позволю тебе держать пару-тройку слуг.

— А дети?

— Ты хочешь детей?

— Безусловно.

— Надо полагать, это означает, что ты меня любить, а?

— Или что мне всего лишь нравится твое тел о. Я уже говорила тебе, какое великолепное… Да! — взвизгнула она, когда он сжал ее покрепче. — Я люблю тебя, несносный ты человек!

— Могла бы и пораньше сказать, — пробурчал он, прижимая ее к себе. — Когда я занимался с тобой любовью, к примеру, или еще в какой-нибудь подходящий момент. Тогда мне не пришлось бы пройти через ад за последние три недели, думая…

— Если ты собираешься сказать что-то по поводу своего происхождения. Кольт Сандер, я тебя стукну!

Он откинул голову, посмотрел в ее сердитое лицо и рассмеялся.

— Боже мой, я люблю тебя, герцогиня. Ты действительно неповторима!

— Счастлива слышать, — сказала она, осыпая его лицо поцелуями. — Но раз уж ты обращаешься по имени к моей ближайшей подруге, почему ты не можешь произнести мое? Меня зовут Джослин, если не забыл.

— Я знаю, любимая, но это имя тебе не идет. Ты — герцогиня, просто-напросто. И ты — моя.

— Ну, если ты так ставишь вопрос…"