Поможете мне найти самую подходящую розу?

Кимберли кивнула, и они вместе пошли по дорожке к кусту темно-красных роз: на нем были и бутоны, и цветы. Нагнувшись понюхать цветок, Меган непринужденно сказала:

— По правде говоря, я даже рада, что вы здесь. Я все собиралась вас кое о чем спросить, только никак не могла застать вас одну. Вы не думали о шотландце?

— Не думала?

— В качестве будущего мужа?

— Нет.

Кимберли ответила настолько быстро, что Меган изумленно моргнула.

— Правда? Но он так хорош собой и такой обаятельный! Из него получился бы прекрасный муж.

— Да, у него есть хорошие качества… — согласилась Кимберли, добавив про себя: «И не меньше плохих», — ..но мне он не подойдет.

Меган возмущенно фыркнула:

— Почему вы так решили? Напротив, очень подойдет. Кимберли могла бы ответить: «Потому что он влюблен в вас», но это только поставило бы их обеих в неловкое положение. Поэтому она сказала:

— Наверное, надо было предупредить вас, что мой отец никогда не даст своего согласия на мой брак с шотландцем.

— Вы шутите? — проговорила Меган. Она, казалось, была потрясена.

— Нет, к сожалению, это истинная правда, — неохотно сказала Кимберли, жалея, что разговор повернулся таким образом. — Он питает к шотландцам глубокую антипатию.

Меган нахмурилась.

— Наверное, это связано с тем, что вы живете поблизости от границы: нападения шотландцев и все такое прочее… Да, теперь я припоминаю, я знакома с несколькими семьями, где настроены именно так. Недружелюбие передается от поколения к поколению…

— Но не в нашем случае, — прервала ее Кимберли. — У моего отца это — глубоко личное чувство.

— Личное? — заинтересованно переспросила Меган. — Так, значит, вы не разделяете его взглядов?

— Нет, я почти ни в чем не разделяю взглядов моего отца, как и его предрассудков.

Герцогиня с облегчением вздохнула.

— Очень приятно это слышать. Но разве…э-э… совершенно необходимо, чтобы он одобрил ваш выбор?

— Если я не хочу скандала. Меган ахнула:

— Вы хотите сказать, что он от вас публично отречется?

— Наверняка — и не колеблясь. Герцогиня нахмурилась.

— Это, по-моему, довольно жестоко.

— Конечно. Но я же говорила вам, что он довольно тяжелый человек — неуступчивый, закоснелый в своих предрассудках.

— Ну, надо признаться, я ужасно расстроена… из-за вас. Просто не могу себе представить… А что, если бы вы вдруг безумно влюбились в какого-нибудь шотландца? Не в Макгрегора, конечно, — поспешно добавила Меган, — а в какого-нибудь другого шотландца, который бы случайно вам встретился. И он бы тоже вас обожал…

— Но тогда — совсем другое дело.

— Правда?

— Конечно.