Всему виной был отец семейства, который поднялся ни свет, ни заря, чтобы тайно разложить подарки для своей дочери Ксении. Сегодня ей исполнялось десять лет. Настоящий юбилей папиной принцессы, в которой он души не чаял.

Старший сын Дэна, тоже поднятый на рассвете, чтобы успеть установить к праздничному обеду большой шатёр во дворе, хмурился и зевал, но, как и полагалось настоящему мужчине, недовольства не выказывал.

Настя наблюдала за этой суматохой с улыбкой на губах, которая не исчезала даже когда она готовила завтрак. Её мужчины приступили к работе на голодный желудок, а подобное для Насти было неприемлемо.

Она тихо рассмеялась, когда Дэн сначала громко выругался на то, что у него не получалось сделать всё так, как он задумал, а сразу следом – шикнул на самого себя. И хоть Ксюшу, спящую в детской на втором этаже дома было из пушки не разбудить – это Настя знала абсолютно точно! – Денис всегда настаивал на том, что если дети легли спать, везде должна царить тишина.

Ну, за исключением родительской спальни, конечно, но сейчас речь шла совсем не об этом."

"Несмотря на то, что Ксения росла в атмосфере обожания, иногда чрезмерного, дочь не капризничала, не была избалованной или требовательной. Напротив, иногда Насте казалось, что Ксюше весьма неловко получать такое море подарков на день рождения, например. Или на Новый год, когда Дед Мороз, совершенно узнаваемый в костюме и при бороде, доставал для неё новые игрушки, книги, планшеты и бог весть что ещё. Влад же только усмехался на подобное и притворно ворчливо сообщал, что всегда был весьма рад, что не родился девочкой. Но в общем и целом, несмотря на некоторые нюансы, Настя была совершенно счастлива и знала, что никакой другой семьи, в которой она бы чувствовала себя так же хорошо и уютно, ей было никогда и не нужно.

– Эй, ребят, быстро к столу! – скомандовала она мужчинам, которые уже установили шатёр.

Сегодня был прекрасный летний день, вернее, пока что утро. И Насте казалось, что должно случиться что-то неожиданное и приятное.

– Сейчас… нам ещё нужно столы принести, – откликнулся Денис, на что Влад заметил:

– Пап, если я их донесу на голодный желудок, клянусь, кормить вам будет уже некого.

Сын находился в том возрасте, когда он уже не был ребёнком, но всё ещё не сформировался в мужчину. Юношеские годы, такие скоротечные, вызывали у Насти одновременно гордость за то, что именно она является матерью Влада, и тихую грусть из-за того, что он так быстро вырос.

– Давайте-давайте, – снова повторила она, на этот раз суровым голосом. – А то Немец сейчас всё съест.

Собака, виляя хвостом, подскочила к ней. Видимо, перспектива быть накормленной чужим завтраком, была ей весьма по душе.

Когда Влад и Денис зашли в кухню, на столе уже стояли их излюбленные блюда.