Хотя, наверное, это от стресса. До меня как-то туго все доходило, как сквозь вату, и реакции какие-то неадекватные. Ну точно, меня же только что чуть не убили очередной раз. Шок.

— Что ты с собой сделала? — тихо пробормотал жених, крепко беря меня за локоть и уводя на лестницу. Я, послушно двигая ногами, последовала за ним. Сил сопротивляться и что-то доказывать не было, повезло, что на место почти состоявшегося преступления явился именно Бродерик: он в курсе всего. Если бы мне еще пришлось объясняться с чужим констеблем, я бы, наверное, не выдержала и все же закатила истерику.

— Я тебя еле узнал.

— Маскировка, — скривила губы в подобии улыбки я. — Мне надо было вывести его из себя. Чтобы он перестал контролировать слова и действия, сорвался и наделал глупостей.

Бродерик прислушался к завываниям внизу. Ричарда сажали в полицейскую повозку, он извивался и орал дурным, пусть и хриплым, голосом.

— У тебя получилось, — вынужден был признать он. — Надеюсь, ему крышу не навсегда сорвало. Но ты тоже хороша! Я же просил к нему не соваться.

— А ты собирался расследовать эту версию? — серьезно посмотрела я ему в глаза.

Капитан моргнул и отвёл взгляд влево. — Только врать не начинай.

Салливан вздрогнул.

— Ты еще и мысли читаешь? Страшная женщина!

И пока я думала, оскорбиться или возгордиться, сгрёб в охапку и поцеловал, коротко и крепко.

Все-таки комплимент был, решила я и возгордилась.

Глава 22

Хоть мы и поймали убийцу, удовлетворения я не испытывала. Что-то не складывалось во всей этой картине. Да, он был явно не в себе и убивал ради того, чтобы создать свои сюрреалистические картины, но каким местом в образ его жертвы вписывалась Хилли? Да, теперь я припоминаю, что волосы у неё были уложены в художественном беспорядке и руки мирно сложены на груди — не бывает так, когда человека душат, он обычно сопротивляется, а не лежит красиво.

Но, кроме этого, что теоретически общего у принцессы в далеком от столицы пансионе и городских проституток?

Не говоря уже о том, что кто-то явно его навёл на мою комнату. Или даже специально заказал мое убийство.

Скрежет ключа в двери разбудил меня. Надо же, после всей этой нервотрепки даже не заметила, как задремала. Я подняла голову с подлокотника дивана и как раз успела разглядеть озадаченное выражение лица жениха.

Дверь он вроде бы запирал, а когда уходил, в квартире никого не было.

— Твой замок открывается двумя шпильками. Буквально, — пояснила я в ответ на его молчаливое недоумение. Бродерик хмыкнул.

— Если твоими шпильками — верю. Не знаю даже, есть ли что-то, что им не под силу.

Он медленно, тяжело стянул сапоги, в два шага преодолел расстояние до меня, сграбастал с дивана и прямо так, в ворохе юбок, угнездил себе на колени.