Тут их ждать будем.

– А их стороной не пронесет? – удивленно поинтересовался Беломир.

– Вон там, по низине, самый короткий путь до степей ногайских. Нет у них другой дороги.

– Это если бы они к татарам рвались. А им к хазарам надобно. Оттуда до туретчины ближе, – напомнил парень.

– Верно. Да только напрямки они не пойдут. Помнят, что за ними вдогон пошли. Вот и путают следы так, чтобы самим себе не слишком дорогу продлять. Кони-то у них, хоть и выносливые, а все одно притомились уже. Нет, тут они пройти должны. А уж после, как в степь выйдут, тогда и к морю Хазарскому свернут.

По берегу до Персии добегут, а там купцы османские завсегда бывают. Ищи ветра в поле."

"– Добре. Ты старшой, твое слово, – не стал спорить парень.

– Добрый из тебя дружка выходит, – одобрительно усмехнулся Серко. – И в бою не робок, и думаешь, словно дьяк разбойного приказа, и место свое знаешь. Ежели выгорит дело, буду знать, кого с собой звать, случись чего.

– Благодарствую на добром слове, – коротко склонил Беломир голову.

В сказанном казаком и вправду была серьезная похвала. А про место, так тут к старшим относились весьма почтительно, и слово их всегда считалось, что называется, последним.

Они принимали главные решения, и они же несли за них всю ответственность. Напарники съехали с холма, и Серко повел кавалькаду куда-то за соседний склон. Еще примерно через полчаса они выехали на берег небольшого ручья, и казак, осмотревшись, негромко скомандовал:

– Все, прибыли. Коней обиходим и степняков ждать станем. Только костра не разводи. Дым в такую пору далеко слыхать.

– Добре, – кивнул Беломир, спрыгивая на землю.

Спустя два часа кони были ухожены, а место под ночлег приготовлено.

Нарезать сухого ковыля и уложить его под кошму, на которой собирались провести ночь, было делом нехитрым. Пообедав взятой из дому снедью, мужчины не спеша запили ее квасом из фляг и, прибрав остатки, дружно уставились в бескрайнюю степь. Говорить было не о чем. Теперь оставалось только набраться терпения и дождаться появления противника.

В таком медитативном состоянии они просидели почти до самой темноты, когда казак вдруг неожиданно вскинул голову и, зло усмехнувшись, еле слышно выдохнул:

– Без малого две версты.

Решили биваком встать, чтобы узость нужную посветлу пройти.

– Ближе подойдем или отсюда работать станем? – деловито уточнил парень.

– Нет нужды. Пешком до них добежим, – отмахнулся казак. – Оружье бери, и за мной.

Быстро навесив на себя весь свой колюще-режущий скарб, Беломир поспешил за Григорием.

Опытный казак двигался так, словно скользил над землей. Даже побитая заморозками высохшая трава только еле слышно шелестела, а не ломалась с треском, как под ногами у самого парня.