Оказавшись на первом этаже, прохожу через холл в столовую, где помимо самого Фурца, обнаруживается вчерашний мужчина в костюме-тройке, пухлый мужик в просторном сюртуке и седая женщина, что довольно внезапно — женский пол в Горницу просто так не суётся. Правда, как только я занимаю своё место за столом, за её спиной возникает неприметный парень лет двадцати пяти, на поясе которого виднеются сразу две револьверные кобуры, а шею обвивает пару цепочек — могу поспорить, на них подвешены магические артефакты, укрытые под одеждой.

Всё тот же одноглазый помощник Фурца приносит блюда — запечённую рыбу с картофелем и зеленью. Следом появляется плетёная корзинка с хлебом и бокалы, наполненные морсом. Хозяин заведения, окинув взглядом гостей, делает жест правой рукой.

— Прошу отведать стряпню нашего повара. Не столичные деликатесы, но лучшего вы в Горнице просто не найдёте.

Остальные молча тянутся к приборам и следующие десять минут проходят в тишине, нарушаемой только чавканьем и звуком столовых приборов. Первой со своей порцией справляется толстяк, который довольно рыгнув, откидывается на спинку стула и принимается протирать жирные губы салфеткой. Закончив, неожиданно обращается ко мне.

— Я случайно стал свидетелем вашего вчерашнего времяпровождения и хотя вы старались заглушить шум, не мог не заметить весьма неплохого потенциала девушки. Да и внешний вид у неё весьма ничего — вы уж простите за любопытство, но я выглянул краем глаза в коридор.

Подняв голову, упираю в него взгляд, пытаясь дать понять, что беседа мне не слишком интересна, но пухляша это не смущает.

— Так вот, если вы вдруг решите подзаработать, то я с радостью приобрету её у вас, независимо от текущего социального статуса. Единственное условие — никаких следов, по которым могут за ней могут отправиться детективы. Но этот вопрос мы с вами обсудим отдельно, у меня есть решение, которое нас обоих полностью устроит.

Прежде чем успеваю ответить, к разговору подключается пожилая женщина, что тоже успела разделаться со своей рыбой. Приняв из рук своего охранника салфетку, скользит ею по губам и замечает.

— Хочу напомнить, что работорговля на территории Норкрума считается имперским преступлением, которое расследуют стэрсы.

Обращавшийся ко мне мужчина, немедленно осклабивается в мерзкой улыбке.

— Уважаемая леди, чьего имени я не знаю — со своей стороны спешу напомнить вам, что в этот милый частный отель не вселяются люди, которые живут согласно букве закона. А что касается стэрсов — это вполне решаемая проблема.

С трудом удерживаюсь от пренебрежительного хмыкания — заявление звучит весьма самоуверенно, кем бы он ни был. Стэрсы — уполномоченные офицеры, назначаемые лично императором и несущие его волю в провинциях.