И нужно сказать, для того, чтобы так тонко чувствовать машину и ничего не зацепить, нужен большой практический опыт…

Через сорок семь минут мы прибыли на точку. Ми-8, с двух сторон скрытый скалами, плавно опустился в небольшой ложбине, скрывающей его от посторонних глаз со стороны. Меньше минуты — он снова пошел на взлет, а мы остались внизу. Когда поднятая пыль улеглась, а вертолетный рокот затих, мы сверились с картой, временем и компасом. Герц доложился, что мы выдвигаемся. Далее следовало соблюдать молчание и связываться строго в определенное время.

Нам со связистом требовалось пройти четыре с лишним километра по сложной, горной местности.

Это и спуски и подъемы, карабканье по скалам. На себе несли около пятидесяти килограмм груза, поделили его между собой. У Герца из тяжёлого только радиостанция с батареями, да СВД с ночным прицелом. А у меня один только гидрокостюм весил, как армянский арбуз."

"— Макс, а как так получилось, что тебя с учёбы выдернули и к нам? — между делом негромко поинтересовался Артёмов.

Секретов от своих у меня не было.

— Я знал, что так будет. Ещё перед тем, как уезжать в Краснодар, у меня был разговор с полковником по поводу этого задания.

Тогда ещё не так все раскрутилось, поэтому тот все проанализировал и решил, что я не нужен. У нас в группе все одинаково подготовлены, любой мог быть назначен. Ну и с его слов, наверху просто не поверили, что духи добрались до законсервированного бункера, неправильно оценили степень угрозы, а потому просто проигнорировали добытые нашим Кэпом материалы. Как по мне, так это большая глупость. А после, уже в конце декабря, на погранзаставу, где я находился напали духи, причем очень организованно. Намеревались применить БОВ, но я чисто случайно оказался в нужное время и в нужном месте, вывел из строя их артиллерию до того, как они воспользовались миномётами. Там же обнаружил газовые гранаты — их делали на этом объекте, судя по той информации, что до меня дошла. Контрразведка хотела меня завербовать, чтоб я им в этом вопросе с аналитикой помог, но я не дался. Сам понимаешь, КГБ и ГРУ хоть и могут работать вместе, но все же по отдельности... А через неделю Хорев вызвал меня в Асадабад и все рассказал. Как-то так я здесь, рядом с тобой и оказался.

— Ясно…

- Может, слышал что-то интересное, пока меня не было?

- Ну... Как раз перед тем, как Снегирев, Урду и Шут отправились на задание, я слышал, как полковник пробивал по всем направлениям, чтобы участвовала непременно наша группа, мол, другие не справятся! Ну, получилось, что они тоже не справились, потому что операцию планировал Снегирев, а у него мозги совсем не те… Опыта не было, все делал как-то не так. Знаешь, сам факт того, что теперь полковник подтянул тебя, уже говорит о многом.