Увидев рассыпанные по полу таблетки, вскинул на меня подозрительный взгляд.

– Хотел заснуть, – я попытался объяснить и не сразу узнал свой голос, таким чужим и потусторонним он показался мне в эту минуту, – бессонница…

– Ты смотри – бессонница! – Глупостей каких не наделай. – Он взял веник и начал сметать беленькие шайбочки в совок; я завороженно смотрел, как он это делает. – Да что с тобой?

– Вова, я подвел людей.

– Кого? Гуру, что ли? Мирослава? Брось, не убивайся. Это издержки оперативной работы. Контора вызволит, она всемогущая. Соберись! Есть разговор. Левашов прислал меня ввести тебя в курс дела.

– Какого еще дела? – Я по-прежнему был не в силах сосредоточиться, все еще находился под впечатлением недавних переживаний.

– Серьезного. О! – Майор радостно выудил из-под стола бутылку с остатками водки. – Ты что это – в гордом одиночестве?

– Да это… с прошлого раза.

– Ладно врать-то: «с прошлого раза», меня не обманешь. Закусь найдется? – И, не дожидаясь ответа, полез в холодильник.

…Мы сидели за столом и уверенно приканчивали спиртное. На душе у меня постепенно становилось легче. Володя обладал уникальной способностью подбодрить, разговорить или при необходимости уговорить собеседника (еще бы – опер со стажем!). Он как-то незаметно и спокойно разложил ситуацию по полочкам, дал оценку каждому событию, и все мои приключения неожиданно даже для меня, их непосредственного участника, предстали совершенно в ином свете. От сердца заметно отлегло.

– Что там за дело? – Я наконец почувствовал, что могу воспринимать информацию.

– Дело? Касательно твоего подопечного. – Я недовольно вскинул брови. – Я о Гуру. Надо дожимать мерзавца.

– А что, без меня никак?

– Видно, никак: ты начал, тебе и завершать. – Я усмехнулся. – А если серьезно, Левашов не хочет, чтобы секта и ее руководитель стали народными мучениками. Огласки не хочет. Нужно провернуть все по-тихому. Мирослава пока нет. Вся надежда на вас, доктор. Твоя задача: выманить Гуру из логова, ну а дальше…

– Как же я его выманю? Он сейчас, наверное, залег… хотя, подожди, я ведь с ним еще не разговаривал. Есть надежда, что он пока не знает, что я с триумфом провалил его задание и вернулся в Москву.

– Может, и не знает. Но надеяться на это не стоит, у него неплохая агентурная сеть. Короче, слушай…

Он отключил связь, встал и раздраженно заходил по квартире. Конечно, опасения, что подобное может случиться, были, но в глубине души все-таки жила надежда на благоприятный исход дела. Доктор – мужик правильный, слово свое должен был сдержать и сдержал бы. Тем более что он провел с Сомовым такую серьезную предварительную работу – посвятил в тайну, убедил, переключил внимание, направил энергию в нужное русло.