Запечатлев на пальцах Арины почтительный поцелуй, ведущий тихо хмыкнул и громко объявил:

- Мы рады приветствовать вас на вечеринке, посвящённой пятилетию нашего клуба! Но прежде, чем приступить к основной части, мы, скромные работники клуба в моём не самом скромном, но обаятельном лице, желаем задать один важный, просто-таки жизненно важный вопрос!

Толпа зашумела, кто-то торопил ведущего, кто-то шутил, а кто-то мерил такими взглядами, что будь у Илюхи нервная система послабее и отсутствуй опыт работы в данном заведении, то он предпочёл бы оказаться где-нибудь подальше от своего непосредственного начальника…

Ну и от начальника службы безопасности тоже, да. Потому что то, что сейчас происходило, выходило далеко за рамки оговоренного им плана!

- И так, я сейчас обращаюсь к красивой, обаятельной и самой… Пардон, одной из самых привлекательных девушек нашего клуба! Милая Эльза! Наша обворожительная, неприступная, неповторимая, неподражаемая, сиятельная Эльза! Согрейте наши сердца, порадуйте и не велите казнить, велите миловать! Скажите… - тут Илья сделал эффектную паузу и страшным шёпотом осведомился. – Вы же… Вы же вернётесь к нам, да?

Олег, только что взглядом обещавший все кары небесные некоторым сотрудникам клуба (благо свет, пусть и приглушённый и только на сцене, включился) после этого вопроса повернулся к девушке. И затаил дыхание, с какой-то детской надеждой на чудо ожидая ответа. Краем глаза отмечая, как Харлей и Неаполь ведут крайне неравную борьбу с Михом, порывающимся прорваться на сцену к Аринке, замершей рядом с Ильёй.

Алёхин ворчал, матерился сквозь зубы и пытался встать. Харлей в ответ проникновенно крыл матом всё, начиная от любви (за что огребал подзатыльник от Неаполь) заканчивая чьей-то отсутствующей как факт личной жизнью, коли так уж хочется добраться до бедной девочки. Но Олег, в кои-то веки, возможность подстебнуть ближнего своё, а именно лучшего друга, благополучно прошляпил, во все глаза глядя на свою собственную девушку.

А Изи, маленькая, хрупкая Изи, сидела всё так же прямо, гордо вскинув голову. И улыбалась. Мягко, нежно, счастливо. Она не стала говорить ничего вслух, только головой кивнула в ответ на вопрос ведущего. После чего тот расплылся в такой довольной лыбе, что килограмм лимонов, в кои-то веки, поменял своего хозяина.

- Ура, товарищи! Господин назначил меня любимой женой… Тьфу ты! Эльза согласилась вернуться и вновь третировать бедных и несчастных рабов на должности администратора! Йес! – подпрыгнув, Илья под смех и аплодисменты раскланялся, а сейчас мы предлагаем вашему высочайшему вниманию наш…

Что именно дальше тараторил неугомонный ведущий Верещагин уже и не слышал. Да и не особо хотел прислушиваться.