– Работы много. Петровка наседает.

– Это не в связи с пропавшей девушкой?

– Да нет, какая девушка!.. Я ж тебе говорил: по Москве никаких заявлений о пропаже женщин за последние две недели не поступало.

– А по стране?

– По стране!.. Может, еще по всему миру? Может, Интерпол запросить?

– Тем не менее девушку похитили. Полагаю, ту самую, чей отрубленный палец зачем-то прислали мне. Здесь, – Дима потряс диском, – она сама о похищении говорит. И просит своего папочку собрать выкуп. Десять тысяч долларов. Поэтому налицо состав преступления. Похищение людей с целью выкупа.

Надо уголовное дело возбуждать.

Опера при последних словах всего аж перекорежило. .

– Почему же папаша девушки или другие ее родственники сами в милицию не придут, заяву не напишут?

– Может, они написали?

– Я ж тебе талдычу: я проверял – случаев похищения людей в Москве за последние две недели не зафиксировано.

– Откуда мне знать, почему они молчат. Вас, ментов, наверно, боятся.

– Вот! – поднял палец Савельев. – Именно! Они боятся правоохранительных органов. И я тебе скажу, почему. Потому что вся эта история сильно смахивает на подставу.

На элементарное разводилово.

– В смысле?

– В том смысле, что девчушка эта – либо наркоманка, либо связалась с дурной компанией. Она с приятелями и решила инсценировать покушение, чтобы с родителей бабки струсить. А родители об образе жизни этой «потерпевшей» прекрасно знают, поэтому в органы и не заявляют.

– И ради того, – недоверчиво протянул Полуянов, – чтобы слупить с предков деньги, девушка самой себе палец отчекрыжила? И мне его зачем-то послала?

– Очень может быть, – кивнул опер.

– С чего ты взял?!

– Как сказал мне эксперт, осматривавший отрубленный пальчик, рана нанесена очень острым предметом с широким лезвием.

Скорее всего, топором. И еще: имеется большая вероятность того, что при данной операции применялась местная анестезия.

– Анестезия? Девушке вкололи обезболивающее?!

– Именно. Или она сама себе вколола.

Пораженный, Дима секунду даже не знал, что оперу ответить, а тот похлопал его по плечу и сказал:

– Вот так-то, крыспондент… Ну, ладно, давай сюда свой диск. Я в интернет-кафе заскочу, посмотрю его сегодня.

Как, ты говоришь, он к тебе попал?

Полуянов слегка растерялся от неожиданного вопроса, от пристального взгляда, а потом промямлил:

– Э-э, мне – точнее, не мне, а моей девушке – его передали.

– Кто передал?

– Какой-то малец. Курьер.

– А у того диск как оказался?

– Его, сказал шкет, некий дядька ему дал, попросил передать моей девушке, заплатил тридцать рублей.

Знаешь, Полуянов, раз уж ты частного детектива из себя строишь – я бы на твоем месте внимательней присмотрелся к своей девушке.