Когда Артур спустил его, он послушно попытался отстегнуть ремень, но у него ничего не выходило. Это и немудрено – на руках у него не осталось пальцев, но Артура это не смутило. Он просто спустился по этой же веревке, больно стукнув по голове Антона. Только сейчас Антон заметил, что к поясу Артура пристегнут какой-то мешочек, который он снял и развернул. В нем лежали странные инструменты, как то: кусачки, молоток, стамеска, нож… затем он быстро расставил по всему периметру пещеры свечи и зажег их.

– Ы-ы? – Антон указал на разложенные инструменты и вопросительно посмотрел на Артура, но тот лишь хитро улыбнулся. Антон повернулся, и взгляд его уперся в глыбу льда. И снова рухнул как подкошенный – Артур опять оглушил его. Работы предстояло много, а его дурацкие вопросы сбивают с толку.

Примерно полчаса ушло на то, чтобы окончательно освободить ото льда девушку. Он торопился и кое-где поцарапал ее нежную кожу. Но оставались волосы, самое главное, ведь они закрывали лицо!

Так, ладно, лицо и волосы в последнюю очередь…

Он разложил Антона, как хотела ОНА. Лицом вниз, лодыжки скрещены, руки вытянуты. Затем взял стамеску, упер ее в то место, где у Антона когда-то было запястье, и ударил по ней молотком. Послышался хрумкающий звук, Антон вздрогнул, из разрыва хлынула кровь. То же он проделал с другой рукой, полностью отделив ладони от кистей. Затем Артур уселся на ягодицы лежащего юноши, разорвал на его спине свитер. В свете трепетавших свечей он нащупал ложбинку в позвоночнике и место, где он соединяется с ребром. Удар по стамеске, и они разошлись. Дальше дело пошло быстрее. Тук-тук-тук. Вниз, вдоль хребта, затем все точно так же, только с другой стороны. В сдвоенной ране пузырилась бордовая жижа. Артур подцепил торчащие концы ребер, потянул половинки грудной клетки на себя и в стороны.

Антон то терял сознание, то снова приходил в себя. Он уже не кричал, только хрипел. Конечно, трудно орать, когда ребра оторваны. Артур порылся в теплой склизкой массе и нашел легкие, потянул на себя.

– Смотри! – закричал он торжествующе. – Это… все для тебя!!!

Легкие дергались и пульсировали, а Антон в это время безмолвно чернел, потом веки его закрылись, и он, вздохнув, умер.

Артур наклонился над девушкой. Ему показалось, что Ее рука шевельнулась… Господи, неужели получилось?! Но останавливаться на достигнутом нельзя!

Он скинул с себя куртку, намочил ее спиртом из фляжки и поджег. Когда она достаточно разгорелась, он осторожно поднес ее к замороженному телу. Между тем Ее кожа стала блекнуть, покрываясь мельчайшей сеточкой трещин, и Артур заволновался. Это не входило в его планы. Он схватил плоскогубцы и ухватился ими за нижнюю губу.

– Я люлю ибя! – завопил он и рванул вниз.