В любом случае я буду знать, что место, где я точно смогу найти приют, пока я жива и что бы со мной ни случилось, у меня точно имеется.

Хотя я бегу сейчас из него без оглядки. Бегу от злых слов, отчуждения местного общества и подозрений. Бегу от воспоминаний, с сожалением осознавая, что хорошие моменты моего прошлого среди них тоже есть.

***

Будущий начальник произвел на меня благоприятное впечатление еще во время нашего недолгого гало-сеанса, несмотря на свой довольно специфичный и даже несколько устрашающий внешний вид. Я сразу однозначно почувствовала, что проблем в налаживании рабочих отношений с ним у меня не возникнет, хотя выходцев с Хольма на “Экране” обитало мало, и до этого мне не доводилось как-либо с ними взаимодействовать достаточно близко, особенно в профессиональном плане.

Хольмины не любили селиться вне родной планеты, расположенной в относительной близости от дальних земных колоний, ввиду слишком отличного от других гуманоидов строения тела (четыре руки, рост почти два с половиной метра, серо-зеленая кожа), и несоответствующих принятым на некоторых планетах Содружества предпочтениям в выборе партнера и способам образования пар, что делало их, как и землян-сигойнов, своеобразными изгоями в глазах многих других разумных.

Все дело в том, что хольмины гермафродиты. Это единственная известная к настоящему моменту раса разумных, четко не разделяющаяся по половым признакам на женских и мужских особей. Данные инопланетники выглядят как огромные мужчины, но отношения строят исключительно с представителями своего же пола, в том числе и с мужчинами других рас, с которыми также совместимы физически. Законы Содружества однополых союзов не запрещают, хотя предубеждение и негативное отношение к данному явлению некоторых сугубо гетеросексуальных рас (зитарцы, брианцы, данарцы) до сих пор остается неискоренимым. При этом зачать и выносить ребенка для хольминов проблемы не составляет. Как? Ох... Я не медик и не ученый, но вроде как они каким-то образом трансформируют для этих целей тело в определенный период своей жизни.

Но я отвлеклась...

Вживую господин Тад выглядел еще внушительнее, чем на гало-изображении, особенно когда встал, чтобы поприветствовать меня, в полный рост, возвышаясь надо мной на три головы и протягивая верхнюю правую руку в два раза крупнее моей собственной. Голос у мужчины (а хольмины в обычной жизни идентифицируют себя как мужчины, а не как особи без пола) оказался настолько грохочущим и сильным, что от него пробирало буквально до костей, хотя глаза господина Тада при этом казались добрыми, а улыбка вполне приветливой и теплой.