– Ольга Сергеевна, старшая Васина, вышла замуж, уехала с мужем в Питер, оттуда они эмигрировали в Италию, Анастасия отправилась с ними. Дальше не копал, – завершил рассказ Димон.

– Развалилась давно компания подростков, – констатировал Иван Никифорович. – Федя, мы с тобой подружились на первом курсе еще. Но я ничего не знал о твоем перевоплощении. Есть непонятка: по какой причине Игорь Москвин трансформировался в Федора Волкова? И позволю себе еще одно недоумение. Учитывая, куда тебя взяли на службу, понимаю, что тебя, вчерашнего выпускника, проверили до сто пятидесятого колена. Рылись в твоей биографии не народные умельцы, которые в соцсетях обещают: «Узнаем всю подноготную любого человека. Дорого». Нет, тебя поместили под лупу профи. Они бы выяснили, что ты до поступления в МГУ был Игорем Москвиным, затем стал Федором Волковым. С такой странной биографией никак не попасть на службу туда, где ты уже сделал карьеру и непременно шагнешь выше.

Владелец кабинета кивнул.

– Павел Петрович рассказал о моих биологических родителях, о бабушке, о деде, и произнес: «Ты можешь ими гордиться и продолжить династию. Имей в виду, мы своих никогда не бросаем, помогаем друг другу. А ты из наших, сын уважаемых людей, которые погибли на боевом посту. Получишь диплом юрфака, вольешься в наш строй. Но так уж вышло, что нам сейчас необходима твоя помощь. Что требуется от тебя? Держать рот на замке, никому ни слова не говорить об этой беседе. Считать себя уже нашим сотрудником. Знать, что задание, которое следует выполнить, – это как месть за смерть твоих отца и матери».

– Однако, – пробормотал Дима. – Похоже на сцену из фильма про шпионов.

– Подростков порой привлекают к работе, но лишь в исключительных случаях, – заметил мой муж.

– Редко, но бывает, – подтвердил Федор. – Происходит это тогда, когда другого выхода нет… Встреча с мужчиной случилась в девяностых – темные годы для нашей страны в целом и для милиции в частности. Из ее рядов выгнали тех, кого бы никогда не вытурили в советские времена, и взяли тех, кого бы при коммунистах на пушечный выстрел не подпустили к работе.

Волков на секунду закрыл глаза.

– Павел Петрович беседовал со мной осторожно. Суть его просьбы была такова: я должен очень аккуратно, так, чтобы никто не заметил, следить за одним дачником, художником Чуловым. Он впервые поселился в нашей деревне, снял избу у Кулаковой. Женщина – мать Валентины и Валерия, никогда раньше дом свой не сдавала. И вдруг пустила мужика с дочкой Ирой. Почему? Наверное, Чулов ей такую сумму предложил, что баба решила поступиться принципами. Моя задача была – узнать, ходит ли Константин Петрович на заброшенное кладбище. Если да, то чем там занимается.