Еще раз ударив мечом о щит, которым щедро поделились Албадурт, Хаджар первым сорвался с холма и побежал к мосту.

Он не оборачивался — ему было не зачем. Под ногами тысяч воинов земля дрожала так, что её удары эхом отдавались в коленях. Над головой засвистели вспышки ядер терны. Они били о древние скалы и стены, выбивая черные щебень. Стрелы, окутанные сиянием техник, засвистели, рассекая пространство. Но замок молчал. Не отвечал. Лишь стойко вбирал в себя ярость воинов Чужих Земель.

Когда собираешь в одном месте одних только мечников, то ничем хорошим, для обороны, это закончится не может. Если только не…"

"Глаза Хаджара расширились от секундного осознания того, что в своем плане он не учел самую заметную и от того — ускользнувшую от него деталь. Он собирался сражаться не с обычной армией, а орденом мечников. А значит…

— Щиты! — завопил Хаджар, резко останавливаясь и выставляя перед собой железо. — Щиты, сукины дети! Стянуть фланг! Встать в коробку!

Те, кто оказался расторопнее и сообразительнее — успели выполнить команду. И когда на их ряды обрушились сокрушительные техники меча, воплощенные в виде когтей и крыльев титанических черных воронов, то они устояли. Те, кто оказался не так скор на ум, оказались смяты и разорваны.

Зазвучали первые крики умирающих и стоны раненных, завидующих тем, кто уже отправился в чертоги праотцев.

На войне ничто и никогда не идет по плану…

Мост, прямо на глазах Хаджара, внезапно расширился настолько, что по нему спокойно прошло несколько тысяч бойцов. И когда те встали на кромке озерного берега, мост за их спинами снова сомкнулся до ширины тонкого перешейка.

Генерал ошибся, когда счел мост за переправу, а дворик, вместо ворот и фронтальной стены результатом отсутствия необходимости. Нет, мост являлся одновременно и воротами, и стеной, и тактической ловушкой, в которую с размаху угодил генерал.

— Щиты! — ревел Хаджар. — Держать строй! Сцепить щиты! Ноги в землю! Ноги в землю!

Уперев хвостовик осадного щита в рыхлую почву, Хаджар навалился на пластину всем весом. Раздался короткий, глухой щелчок. Это Лэтэя, бежавшая по правую руку от Хаджара, сцепила свой щит с его. Затем еще щелчок и еще и еще. И так, до тех пор, пока вся первая линия, вместе с флангами, не сомкнули ряды. И успели они как раз вовремя.

Авангардная группа защитников в едином порыве подняли клинки и взмахом обрушили поток черной силы, пропитанный глубоким мистериям меча и светом терны. Тот как цунами, как целая армия, обрушился на щиты войска Хаджара.

Он мял их, терзал, бил о сталь, оставляя на неё порезы и вмятины.

— Держать! — кричал Хаджар, упираясь в сталь уже и головой. — Держа-а-ать!

Народ кричал. Что-то нечленораздельное, просто чтобы дать выход страху и гневу.