Но нести службу с досланным в ствол патроном запрещено, а значит, он не готов мгновенно открыть огонь. Хотя на практике этот запрет часто нарушают…

– Кто такой? Откуда идешь? Предъявить документы!

Рядовые стоят слева и справа от старшего наряда и метра на четыре подальше. Они расслабленно изучают странного мужика, не проявляя ни инициативы, ни опасений: полностью полагаются на своего командира. У них автоматы наверняка на предохранителе и без патронов в стволе.

– Я орнитолог, – хрипло говорит Азат. – У меня есть разрешение…

Он сам бы не смог объяснить, почему так сказал. Наверное, потому, что над ними парили большие орлы и «орнитолог» стало первым словом, пришедшим в голову. Как ни странно, но своим объяснением он попал в точку: ученые чудаки могут быть одеты как угодно, и они часто заходили в приграничную полосу – вулканологи, геологи, биологи, экологи… Почти всегда у них были разрешения, а если вдруг забредали в запретную зону случайно, без документов, то, как правило, отделывались штрафом, да и то не всегда – чаще, пожурив, отпускали. Как бы то ни было, опасности эта публика не представляла.

– Покажь разрешение, – как и положено, сказал сержант. Он действовал по Уставу и инструкциям, но ситуация была обыденной, и возникшее было напряжение исчезло.

Но оно тут же вернулось, настолько неожиданно и страшно, что погранцы даже не успели ничего осознать. Потому что Азат распахнул свою накидку и вместо документов выставил вперед короткий автомат с раструбом пламегасителя на срезе ствола, в котором сразу замелькал быстрый короткий огонек.

Ду-дух, ду-дух, ду-дух!

Короткая злая очередь угодила в сержанта, он упал на колени, рядовые шарахнулись в стороны, беспомощно хватаясь за оружие. Они явно запаздывали.

Ду-дух, ду-дух, ду-ду-ду…

Маленькие остроконечные пульки калибра 5,45 миллиметра наискосок перечеркнули бушлат рядового – от правого бедра к левому плечу, из спины полетели клочья ваты, автомат вырвался из рук и загремел по камням.

Ду-ду-дух! Ду-дух!

Второго рядового развернуло вокруг оси влево и отбросило в сторону, он упал навзничь прямо поперек пешеходной тропы – очередь кучно попала в область сердца.

В очередной раз Дауд наглядно продемонстрировал свою высокую боевую выучку, за шесть секунд расправившись с тремя противниками. Впрочем, он привык к этому – так было всегда. Но то, что произошло далее, случилось с ним впервые.

Бах-бах-бах! – басовито пролаял АКМ сержанта – калибр 7,62 звучит посерьезней. Азата словно молотом ударило по левому локтю, рука отнялась, как будто ее отрубили острой хевсурской саблей.

«Был все-таки у него патрон в патроннике», – мелькнула быстрая мысль. Левая рука повисла, как парализованная.