Еще каких-то три прыжка, и последует удар могучей лапой, который с легкостью раздробит череп и перебьет пополам позвоночник. Мысль о том, что через секунду он будет валяться в сугробе поломанной куклой, заставила Михаила очнуться.

Грянул выстрел.

Его громкое эхо ухнуло где-то в вершине елей, стряхнув с их широких лап пласты тяжелого снега. Михаил увидел взметнувшуюся в воздух трехсоткилограммовую тушу и инстинктивно закрыл руками голову.

Убитый зверь крепко придавил Михаила, распоров когтистой лапой полушубок, и охотнику составило немало труда, чтобы выкарабкаться из-под окровавленного тела. Пуля вошла тигру в горло и, перебив артерию и челюстные дуги, застряла где-то в недрах черепа.

— Чего же ты медлил?! Раньше стрелять нужно было! — спешил к Михаилу дедок лет восьмидесяти. Крепенький и необыкновенно худой, он напоминал ствол ожившего сухостоя или векового лешака, выбравшегося из-под сугроба. — Ты думаешь, мне мало одной беды? Сына тигр порвал, не хватало еще, чтобы и внука заел! Что же ты делаешь-то со мной?!

Дедуля энергично топал по снегу, рассерженно потрясая винтовкой.

— Да уймись ты, дед, — устало произнес Михаил. — Так нужно было.

— Нужно, говоришь?.. Предупреждал я тебя, нельзя смотреть ему в глаза, вот он тебя и приворожил! Не один охотник так сгинул! — И, обреченно махнув рукой, произнес: — Ну что еще с тобой делать! — Вплотную приблизившись, произнес: — Огромный зверь! Ты клык у него вырви… Если не сделаешь этого, тогда его душа в другого тигра переселится. И при себе зуб храни, так оно надежнее будет.

— Да знаю, дед, — отмахнулся Михаил, вглядываясь в остекленевшие глаза зверя. — Сколько же можно одно и то же говорить!

— А ты не ершись, — сурово сказал старик, подступая к поверженному зверю, и деловито заглянул ему в пасть. — Вот этот подойдет… Ты посмотри, какой огромадный, все равно что ятаган басурманский! Нравится? — Догадавшись, что ответа не будет, старик махнул рукой. — Ладно, я сам справлю тебе этот зубок. А еще и заговорю на него, чтобы напасти какой-нибудь не принес. Так всегда у нас было, по таежному обычаю.

— Спасибо, — пробормотал Михаил с облегчением.

— Ты когда в Москву-то улетаешь, внучок?

— Дай хотя бы немного оклематься от столичной жизни, дед. В другой раз начальство не скоро позволит в отпуск вырваться!"

"— Это правильно! — одобрил старик. — Москва чужим слезам не верит, а ты ее указы не шибко жалуй. Будете квиты.

Глава 3 ВОКРУГ ДА ОКОЛО

Похороны Лосю, как и предполагал Серый, были устроены пышные. Варяг не мог не почтить их своим присутствием, он обязан был попрощаться со своим корешем, точно так же, как взять на себя заботу о его матери. Серому оставалось выбрать удобный момент и попытаться добраться до Варяга.