— Даже если величайших, — пожал плечами рыжебородый. — Как бы ни были могучи твои люди, Абрахам, что от них толку, если им не с кем будет сражаться? Орден Ворона искали тысячи и тысячи лет. Искали лучшие из следопытов и удачливейшие из авантюристов. Искали мудрецы и безумцы. Но никто так и не смог понять, где именно находится их обитель. Так что мое слово…

— Прошу прощения, что позволил себе перебить вас, достопочтенный глава, — поклонился Абрахам. — Но у них не было одного важного козыря.

— Козыря? Какого еще козыря, старый ты плут?

И тут до Хаджара все дошло. Вот только жаль, что как обычно — слишком поздно. Он даже схватился было за меч, но на его плечо легла ладонь Гая. Слишком тяжелая даже для того, кто мог на равных биться с Небесными Императорами.

— Вы так и не позволили мне представить вам Безумного Генерала, Хаджара Дархана, — на секунду Хаджару даже показалось, что Шенси перед ним извинился, но это вряд ли. — Известного в узких кругах, как последний потомок Врага, хранитель половины его души, а также, по неподтвержденным слухам, его ученик.

В этот момент каждый из мастеров поднялся на ноги. Десятки техник, сотни заклинаний, бесчисленное множество артефактов были направлены на одну единственную цель — Хаджара, которого все так же удерживал на месте Гай.

— Тихо, — спокойно и даже шепотом произнес глава секты. — Или вы хотите обидеть нашего гостя?

И мгновенно все стихло. Чем дальше по пути развития, тем меньше оков и пут сдерживало адептов. Что законы смертных тому, кто может взмахом руки уничтожать целые армии и города. И именно потому, дабы не превратить мир в кровавую бойню, они руководствовались лишь одним кодексом — законами гостеприимства.

— Твои слова могут быть истинны, а могут быть ложны, старый плут. Потому я скажу так — мы проверим правду ли ты сказал насчет генерала и соберемся вновь, как и положено — через год и один день. А теперь вернись за стол переговоров, дабы я мог записать все сказанное, и мы все поставили свои печати.

Глава секты достал длинный свиток и принялся от руки, простым стилусом, писать на нем едва ли не протокол заседания.

Шенси же, вернувшись за стол, начисто проигнорировал недоуменные взгляды тех немногих, кто не знал о маленьком секрете Хаджара.

— Придется прибегнуть ко второму плану.

— Ко второму плану? — Хаджар сдержал себя и не стал сыпать оскорблениями. — А он у тебя есть?

— Обижаешь, парень, план есть всегда. И три, два… два с хвостиком… два с иголочкой… два с маленькой иголочкой… два с волоском.

— Абрахам, чтобы тебя разодрали демоны в…

— Успокойся, дорогая… А вот теперь — один.

Двери залы распахнулись и на пороге показался окровавленный ученик. Его буквально нес на себе побледневший Шакх.

— Глава, — прохрипел раненный.