Вербовала движением идеальной брови агентов и сражала наповал сильных мира сего. И тут появился я, и все ее усилия пошли по бороде. «А ведь она меня должна ненавидеть сейчас со всем пылом горячей польской пани», — подумал я. Другое дело, что она понятия не имеет, где меня искать. И что именно, и как произошло в ту ночь, когда мы увезли со склада янтарную комнату.

Но совсем не принимать ее в расчет с моей стороны будет очень немудро. Даже без своего главного козыря — красоты — она уже снова ходит в авторитете. Правда, среди каких-то поляков-мародеров, но что это меняет?

Пожалуй, буду держать ухо востро, если поблизости от лагеря Слободского появится хоть кто-то, похожий на пшека…

— Ну давай, показывай, где дом твоего верного человека, — сказал я, когда мы вышли к железной дороге.

 — На той стороне уже Заовражино. Надеюсь, нам не в центр деревни топать?

— Самый крайний дом вон там, — Яшка махнул рукой. — Правда, я давно у нее не был, сначала надо проверить, все ли хорошо."

"— У нее? — хмыкнул я. — Так твой верный человек — это женщина?

— Так мужики-то почти все в армию ушли, — Яшка развел руками, как будто оправдываясь.

 — Или партизанят. Или немцы на работу угнали… Или… В общем, она правда человек верный, не сдаст. Если только с ней самой чего худого не приключилось, пока меня тут не было. Странненькая она. Так что ты не удивляйся, ежели что…

— Да какое уж тут удивление, — я хлопнул Яшку по плечу. — У мельницы, говоришь?

В мое время от мельницы осталось еще меньше, чем сейчас. Сваи от каменной дамбы только. А тот дом, к которому Яшка меня вел, стоял заброшенным после пожара. И про него всякие страшные байки рассказывали.

Мол, там когда-то жила ведьма, которую все боялись и обходили стороной. И что пожар этот случился в тот день, когда она умирала. Мол, гроза разразилась такая, что казалось, что черти свадьбу в тучах устроили. И когда она испустила дух, в дом ударила молния. Странненькая? Та самая ведьма, получается?

— Ты сейчас меня тут подожди, за забором, — прошептал Яшка. — Если все хорошо, то я подам знак.

— А если плохо? — подмигнул я.

— Тьфу на тебя! — фыркнул Яшка и проскользнул в калитку.

Окна дома были темными, но заброшенным дом не выглядел.

Было бы странно, если бы в такое время горел свет, ночь уже на исходе практически.

Ждать пришлось совсем недолго, соскучиться я не успел. Дверь скрипнула буквально через минуту.

— Дядя Саша! — свистящим шепотом проговорил Яшка. — Заходи, все в порядке!

«Знак он подаст, ага!» — мысленно хохотнул я, придержав калитку, чтобы не хлопнула.

Внутри дома остро пахло сухими травами и чем-то медицинским. Так еще в квартирах у бабушек пахнет. Вот только до немощной старушки хозяйке было еще далеко.