И мне кажется, что каждый думает про себя, что я предатель.

— Главное, что ты знаешь, что это не так, — я похлопал его по плечу. — Ну все, мне пора выдвигаться. Не скучай тут.

«Это они кучеряво устроились», — подумал я, устраиваясь поудобнее на своем импровизированном наблюдательном посту в развилке раскидистого дерева, которое еще не до конца сбросило листву. В камуфляже меня на таком фоне вообще должно быть практически незаметно.

Полевой лагерь вольготно раскинулся вплотную к домам, частично даже перекрывая территорию деревни.

Вполне такой зажиточной, судя по виду — вон то двухэтажное здание — это явно школа. Среди домов попадались изысканные старинные дачи. Если бы не полотнища со свастиками на здании сельсовета, то вообще можно было бы подумать, что война этой деревни не коснулась. Ни пожарищ чадящих, ни разрушений.

«Ну да, — зло подумал я. — Только из самых приличных домов прежних обитателей выселили в сараи или угнали в концлагеря, а на их месте поселили истинных, бл*ха, арийцев в форме цвета фельдграу».

Тот самый случай, когда чем больше приглядываешься, тем тревожнее становится.

На всех казенных зданиях деревни висели таблички на немецком. Перед сельсоветом — явный новодел, сколоченный из досок деревянный помост с перекладиной наверху. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять назначение. Виселица, мать ее. Сейчас пустующая, видимо, хорошо себя вели селяне в последние дни, никто не нарвался.

Белое одноэтажное здание — больница. К окнам грубо приварены свежие решетки. Ограда оплетена колючей проволокой. Уверен, что где-то поблизости имеется траншея, куда тела сбрасываются.

Ага…

В принципе, расклад понятен, можно топать в укрепрайон, декорации устраивать. Лучше заранее это сделать, до того, как я гауптштурмфюрера умыкну. А то его ведь могут и искать начать, раньше времени нагрянут, не успею все привести в должный вид.

Вообще со стороны было ощущение, что народу в лагере как-то не очень много. Будто большая часть куда-то ушла, а здесь остались только дежурные. Видимо, по деревням дань собирают. Судя по знакам отличия, это снабженцы армейские.

Дверь сельсовета распахнулась, на крыльце показался молоденький эсэсман с ведром. Куда это он?

Пересек площадь, подошел к дереву рядом с бывшей школой. Чтобы рассмотреть внимательнее, что там, мне пришлось забраться на дерево повыше. Ах, вот оно что! Там привязан кто-то. И к нему фриц и направляется. Подошел, разулыбался еще больше, видно, что что-то говорит…

Размахнулся ведром и выплеснул его содержимое на привязанного к дереву человека.

Вот мразота.