Бл*ха, да он ведь и правда безумец!

Безумие теперь не только маячило на дне его глаз, оно выплескивалось наружу и било фонтаном через край!

— Теперь я спокоен, — сказал он. — И мы можем продолжить наш разговор. Начну с того, что я пригласил вас двоих, потому что всецело вам доверяю. Я ни раз и не два убеждался в вашей верности и преданности, а значит могу на вас положиться. Речь пойдет об одном очень важном для Великого Рейха и меня поручении.

Граф замолчал, и молчание это затянулось минуты на две. Назойливо тикали настенные часы, а за окном было слышно, как надсмотрщик орет на военнопленных-рабочих, которых пригнали в центр города что-то чинить.

— В наших руках оказалось великое творение немецких художников и инженеров, которое несколько веков назад по недомыслию оказалось в России, — начал граф. — И теперь мы должны вернуть это произведение искусства на Родину. Но к сожалению, это оказалось не так просто. Множество людей пожелали наложить лапу на янтарную камору, — граф назвал янтарную комнату самым первым ее названием, под которым ее и подарили Петру I. — Часть шпионов нам удалось нейтрализовать, но не всех. Поэтому мы обязаны соблюдать крайнюю осторожность… Вы ведь понимаете важность этой миссии?

* * *Продовольственный склад номер шесть встретил нас усиленной охраной. Граф выделил нам с Мартой свой автомобиль, чтобы мы могли проконтролировать погрузку ценных ящиков на баржу. Сам он не пошел на это решающее мероприятие. Либо задумал что-то еще, либо… Банальная осторожность. Вот и нас отправил вместо себя, потому что никому не доверяет. Судя по всему, усиленная охрана склада полностью состоит из верных людей графа. Никто не удивился нашему появлению. И никто не удивился, когда, вскрыв склад (граф распорядился, чтобы открывали дверь в помещение только в присутствии меня и Марты), когда на полу в складе вдруг обнаружились два полуголых растерзанных трупа. Это были искусствоведы, что помогали графу упаковывать Янтарную комнату, когда мы были в Царском селе. Кожа у трупов в каких-то символах, а в посмертно застывших гримасах читался страх и ненависть одновременно.

Марта вскрикнула и отшатнулась. Хороший повод, чтобы спровадить ее домой, мол, трупов испугалась девушка, бывает. Я-то прекрасно понимал, что нам уготован последний выход с ней «в свет». Лишь только последний ящик стукнется о дно баржи, нас тут же пустят в расход, еще и янтарь в глотку забьют для мистики. В том, что подражатель Верфольфа — граф, я теперь ничуть не сомневался. Все эти последние ритуальные убийства его рук дело, ну может, его подручных, но организатор, точно, он.

Хорошенькая маскировка убирать всех имевших доступ к эвакуации Янтарной комнаты, изображая почерк Верфольфа.