Настоящий кот вяло пытался отбрыкаться от пилота, мнущийся на трапе Ланс смотрел на Сеню с отчаянием матери, от которой фашисты уносят единственного ребенка.

– Ее светлость пригласила весь экипаж, сэр, – все тем же вежливым, но непререкаемым тоном сообщил дворецкий.

Из-за спин парней с надеждой выглянула Полина – когда еще представится случай посетить настоящий замок? Вениамин тоже резво спускался по трапу, придерживаясь за поручни, а Михалыч, напротив, поспешил отпрянуть за рамку шлюза, прикидываясь неотделимой частью корабля.

– Это же ненадолго, верно? – обреченно поинтересовался капитан.

Ланс не выдержал, нагнал друзей и попытался беззвучно отжать кота, но Тед с Сеней от неожиданности вцепились друг в друга, и беззвучно не получилось.

Дворецкий окинул всю компанию бесстрастным взглядом и уверенно подтвердил:

– Разумеется, сэр!

* * *Г. В-са К-кая действительно оказалась дряхлой, но отнюдь не больной (по крайней мере, физически). Высокая, иссохшая до желтизны, как слоновая кость, старуха и впрямь смахивала на горгулью – из-за крупного носа с горбинкой, пронзительно-черных глаз и откровенно крашеных черных волос, уложенных в плюшку на затылке. Хозяйка поджидала гостей в центре огромного зала а-ля картинная галерея, изящно облокотившись на низкую фигурную колонну неизвестного назначения (возможно, как раз для облокачивания). Травмированные антуражем космолетчики подсознательно ожидали увидеть даму в кринолине и высоком напудренном парике, возможно даже, с лорнетом, однако платье на «ее светлости» было вполне современное, хоть и несколько старомодное. Мама Станислава в таком уже ходила, бабушка – еще нет.

Но все это команда разглядела немного позже, потому что первой из театрально распахнутой дворецким двери выкатилась рыжая тявкающая шуба из лисьих шкур с остроухими черноносыми мордами.

Космолетчики, вздрогнув, сплотили ряды вокруг самого ценного капитана, и только Полина без раздумий присела, вытянула руки и заворковала:

– Ой какие славные, сладкие коржики!"

"Шуба рассыпалась, «лисы» в полном восторге заскакали вокруг девушки на коротких толстых лапках, норовя лизнуть ее в лицо или хотя бы куда получится.

– Это собаки, – растерянно поправил подругу Дэн, заподозрив, что со здешней атмосферой все-таки что-то неладно.

– Ну да, порода корги пемброк, я в детстве о такой мечтала!

– Я тоже, – внезапно подала голос г. В-са.

Высокий и надтреснутый, он до того походил на клекот, что Вениамин с Тедом снова вспомнили свои версии «г». Станислав подобрался и повелительно кашлянул, Полина смущенно выпрямилась, и только «коржики» продолжали как ни в чем не бывало скакать, лизаться и тявкать от избытка чувств.