– Фу, блин! Зачем тебе эта гадость?

Картинки действительно были неаппетитные, с форума антидексистов, питающих к киборгам лютую ненависть и пытающихся разжечь ее в других людях. Тед и тот содрогнулся – на центральной голографии был запечатлен длинный коридор с тянущейся вглубь широкой извилистой полосой, как будто оставленной очень пьяным уборщиком с очень мокрой шваброй. Вот только полоса была красной и заканчивалась вовсе не ведром с грязной водой…

– Изучаю информацию по срывам.

– Для чего?

– Интересно, как часто при этом погибал основной хозяин киборга.

– А разве не всегда? – удивился пилот.

– Нет, только в двадцати двух процентах случаев, в основном из-за неправильно рассчитанной силы удара, и, похоже, окончательный срыв запускала именно смерть хозяина. Основная масса срывов приходилась на ситуации, когда киборга одалживали другим людям или когда он принадлежал не конкретному человеку, а какой-то организации.

– Так это же отлично! – воодушевился Тед. – Сбрось эти данные Кире, она обрадуется. Будет на чем антиантидексисткую кампанию строить: «Если вам не за что себя винить, то вам нечего и бояться!»

– Ладно, – сдержанно отозвался рыжий.

Дэн и сам не понимал, почему не хочет поговорить с другом начистоту, как обычно. Да и о чем тут говорить-то? Збышек же уверял, что это всего лишь байка, неподтвержденная теория. Тед наверняка скажет: «Вот когда подтвердят, тогда и будешь париться!», и это совершенно логично. Но сейчас Дэн нуждался не в логике, этого добра у него самого хватало. Когда-то рыжий киборг точно так же пытался отделить себя от программы, и сейчас все как будто повторялось.

Только теперь не было никаких явных признаков, за которые можно зацепиться. А вдруг их и правда нет? Как и кластера преданности?

Нет, тут ему никто не поможет, придется разбираться самому."

"Теодор, насвистывая бравурный мотивчик, вытащил из холодильника банку пива и плюхнулся на диванчик рядом с Лансом. Почти сразу же между ними вскочил Сеня и, насупив морду, так уставился на пилота, словно всю жизнь искал убийцу своих родителей, чтобы отомстить негодяю, и вот они наконец-то встретились.

Тед протянул руку и беспечно почесал кота за ухом. Сеня еще несколько секунд буравил святотатца взглядом, а потом рокочуще замурлыкал, хлопнулся на бок, закатил глаза и вывалил кончик языка.

– Ты феерически безмозглое скотище! – нежно сообщил ему пилот, зажал банку между коленей и продолжил наглаживать кота уже обеими руками.

Разомлевший Сеня заклокотал так, будто вот-вот взорвется, и Ланс ревниво притянул его к себе. Безграничное дружелюбие котенка его и радовало, и огорчало.