— Благодарность… за что?

Риз остановился в опасной близости от меня, его руки покоились в карманах камзола. Клубы тьмы больше не окружали фигуру фэйца, и я поняла, что успела забыть, сколь она совершенна. Во всем остальном он выглядел вполне нормально.

— За то, что спас тебя, когда ты попросила.

— Я ни о чем не просила, — бросила я и сжалась.

Кивком подбородка Риз указал на мою левую ладонь.

И тут же схватил меня за руку и, урча, как кот, сорвал с нее перчатку. Его прикосновение обжигало. Я дернулась, пытаясь вырваться, но он держал крепко. Потом снял и вторую перчатку.

— Я слышал, как ты просила кого-то… кого угодно… спасти тебя, помочь тебе выбраться. Я слышал твое «нет», звучавшее у тебя внутри.

— Я ничего не говорила.

Он сжал мою левую ладонь и всмотрелся в темно-синий глаз, который сам же и вытатуировал. Постучал по зрачку. Один раз. Второй.

— Я громко и четко слышал твои призывы.

Я выдернула руку:

— Верни меня обратно. Немедленно. Я не хочу, чтобы меня крали, как вещь.

— Вряд ли можно было выбрать более удачное время, — пожал плечами Ризанд. — Возможно, Тамлин не заметил, что ты собиралась отказать ему в присутствии всего двора. Возможно, ты сумеешь целиком свалить вину на меня.

— Какой же ты наглец! Ты всем дал понять, что у меня имеются… сомнения.

— Это вместо благодарности? Впрочем, мне пора бы привыкнуть.

Я с трудом втянула в себя воздух.

— Чего ты хочешь от меня? — без обиняков спросила я.

— Чего хочу? Прежде всего хочу услышать слова благодарности. Обыкновенное «спасибо». Далее я хочу, чтобы ты сняла это отвратительное платье. Ты в нем выглядишь… — Рот Ризанда искривился в гримасу. — Выглядишь как наивная, доверчивая дурочка. Именно такой тебя хотели бы видеть твой суженый и его жеманная жрица.

— Ты ничего не знаешь ни обо мне, ни о нас.

Риз понимающе улыбнулся:

— А Тамлин? Много ли он знает о тебе? Он когда-нибудь поинтересовался, почему тебя выворачивает каждую ночь или почему тебе тяжело находиться в некоторых комнатах и тяжело смотреть на некоторые цвета?

Я застыла. С таким же успехом Риз мог бы раздеть меня догола.

— Убирайся из моей головы, — потребовала я."

"Тамлину хватало собственных ужасов, с которыми ему приходилось справляться.

— Я то же самое могу сказать и тебе, — заявил Риз, отходя на несколько шагов. — Думаешь, мне приятно просыпаться каждую ночь и смотреть, как тебя рвет? Все, что с тобою происходит, ты отправляешь по связующим нас нитям. Я пытаюсь уснуть, а вынужден лицезреть твои спектакли, да еще и сидя в первом ряду.

— Мерзавец!

Ответом мне стал очередной смешок. Но я не собиралась расспрашивать его о связующих нитях. Он бы хотел увидеть неподдельное любопытство на моей физиономии. Не дождется.