Он вскочил, выразил удовольствие, что баронесса явилась, представил ее и назвал даму в черном: Ольга Петровна Немировская. Агата приятно улыбнулась и отдала приличный для столичной аристократки сдержанный поклон, не поддаваясь московской вольности обращения. Ольга Петровна была уставшей, измученной, с сизыми кругами под глазами.

– Рада приятному знакомству, баронесса, – сказала она тихим, мягким голосом.

Коччини опомнился, что не предложил гостье стул, и тут же исправил оплошность, усадив Агату спиной к окну. Дамы занялись тем, чем занимаются любые дамы при знакомстве: внимательно изучали друг друга.

При этом не переставая улыбаться, как две лисицы, что повстречались на лесной тропинке. Пауза затянулась. С настоящей мужской прозорливостью Коччини принял их молчание на свой счет. Он смутился и стал прощаться, не смея мешать дамскому обществу.

– Так мы условились? – только спросил он.

Ольга Петровна еле заметно кивнула."

"Коччини изобразил артистический поклон, выскочил на Кузнецкий, в окошко еще помахал шляпой и растворился в уличной толпе. Ольга Петровна как будто не заметила его стараний.

– Альфонс просил вам помочь.

Право, не знаю, что я могу, – сказала она.

– Вы потеряли близкого человека? – спросила Агата.

– Муж. Он умер.

– Примите мои соболезнования.

Ольга была благодарна за участие.

– Да, это горе, но зато теперь вы свободны, – вдруг сказал Агата и опустила голову.

– Простите?

– Ах, это вы меня простите, милая Ольга Петровна. Нельзя говорить о своем горе.

– Вы тоже потеряли мужа?

– К сожалению, нет, – и Агата прямо посмотрела ей в лицо. – Он жив. И это настоящая пытка. Вас не пугает такая откровенность?

– Женщину может понять только женщина, – сказала Ольга Петровна с явным интересом.

 – Расскажите, милая.

– Но это не совсем прилично. Мы так мало знакомы.

– Мы же не в Петербурге. У нас в Москве правила не так уж строги.

Агата помолчала, будто решаясь на отчаянный шаг.

– Хорошо, я расскажу вам, – сказала она столь искренне, что не поверить в порыв было невозможно. – Вы правы, в столице я никогда бы не решилась рассказать такое, сидя за столиком кафе. Мне хочется вам довериться. Вы понравились мне с первого взгляда.

– И вы мне, милая, – ответила Ольга Петровна.

 – Говорите, не бойтесь.

– Я происхожу из дворянской, но не слишком знатной фамилии, – начала Агата. – Мой отец был стеснен в средствах, выдал меня и мою сестру за братьев, баронов фон Шталь. Выдал без любви, по дружескому сговору со своим приятелем по клубу. Чтобы не давать за нас приданое. Бароны получили покорных и безропотных жен, моложе их чуть ли не на десять лет. А наш отец избавился от нас. Хоть я ношу баронский титул, но мало чем отличаюсь от прислуги. Муж держит меня на положении рабыни.