Мы очень боимся, что она тоже решится покончить жизнь самоубийством… — Собеседница тяжело вздохнула. — Такое… иногда случается.

— И как часто такое случается? — против воли задал вопрос, на который страшился получить ответ.

Девушка невнятно пожала плечами.

— По-всякому. Иногда мне кажется, что господину Биддеру просто выгодно, чтобы девушки сводили счёты с жизнью после того, как родят. В таком случае ему больше не требуется тратить деньги на наше содержание, нет проблем с жандармерией, так как трупы не разговаривают… Все эти вычитания фэрнов за матрасы и еду, проживание в борделе, где постоянно шляются отвратительные личности, вынужденное заточение, угнетающая атмосфера — всё это делается с одной лишь целью, чтобы довести нас до грани отчаяния и окончательно сломать, когда придётся отдавать ребёнка. Сломанными легко управлять.

Я шумно сглотнул. Было жутко и дико слышать такую речь от молоденькой симпатичной девушки без образования. «Сломанными легко управлять». Я бы понял, если бы услышал эти выводы от своего помощника, который учился на психолога, или от прожжённого политика-манипулятора, много лет потратившего на то, чтобы различными способами заставлять людей делать то, что ему нужно. Но вот такое простое и чёткое признание от жертвы… Это заставляло задуматься о многом.

— Я ищу девушку по имени Милинда Блэр. Ты её знаешь?

Собеседница прикусила губу. Она явно знала эту девушку, но почему-то не хотела о ней говорить.

— Знаю, — наконец, произнесла она. — Была одна такая. Странная. Месяца три или четыре назад была крайне счастливая, будто сорвала большой куш на скачках. А потом пропала.

— Пропала? Просто взяла и пропала?! — изумился я, глядя на девушку. Она явно что-то не договаривала.

Собеседница прикусила губу, явно сомневаясь, имеет она право мне рассказывать известные ей подробности или нет.

— Клятва Мерлина распространяется только на вас и вашего ребенка, — подтолкнул девушку к ответу. — То, что случилось с Милиндой, — лишь ваши догадки.

— Господин Биддер на следующее утро объявил, будто леди Блэр отправилась обратно в свою деревню. Но я увидела у него на шее артефакт, искажающий внешность. Очень простенький, скрывающий царапины и синяки… Ну, знаете, такой используют, когда потратил весь резерв, а к целителю по каким-либо причинам маг обращаться не желает.

Я сухо кивнул. Знаю, ещё как знаю. Сам нацеплял иллюзию на свою физиономию, когда пришлось ехать в жандармерию после драки в «Старом лосе». Вот только у меня полезного артефакта не было, магию приходилось поддерживать своими силами.

— И магии у Милинды было очень много, — добавила собеседница с намёком."

"«… а с беременностью должно было стало ещё больше», — закончил про себя.