– это переоденете, как из храма выйдете уже замужней дамой и на пир пойдете. В этом в доме мужа в первый день будете — вы по обычаю должны его провести в своем наряде, из родительского дома привезенном.

- А вдруг у графа Ферсея другие правила в доме? А наша белобрысая будет, как дура, ходить в девичьем платьице, —фыркнула Лаура, завистливым взглядом рассматривая мои новые наряды.

- Тогда я его сниму и пришлю тебе, можешь донашивать, — произнесла я с удивившим меня саму раздражением. Да сколько она будет шпынять меня ?! Половины дня не проходит, чтобы не вылила на меня чашку помоев, а как граф посватался, так совсем покоя от ее гадостей не стало.

- Молчать, — негромко произнесла матушка и мы обе замолкли, по привычке опустив глаза.

Нервно откашлявшись, модистка продолжила:

- Это наряд для последнего, по обычаю, вечера перед свадьбой. «Прощай девственность» называется.

- Фу, какое уродливое! — конечно, долго молчать Лаура не смогла. Но в кои то веки я была с ней согласна. Серо-коричневое, бесформенное, с глухим воротом и рукавами длиннее обычного, платье было откровенно безобразным. И даже дорогая ткань, из которой сшили наряд, не смягчала его отвратительный вид.

- Таков обычай: невеста должна предстать перед женихом максимально непривлекательной, чтобы ему было легче... эм-м.

Дотерпеть до брачной ночи, — хихикнула модистка.

Брачной ночи? В этот момент я впервые задумалась о том, что супружеская жизнь предполагает что-то такое, о чем непринято говорить вслух. Например, вместе спать. Нянюшка мне говорила, что дети рождаются, когда муж и жена спят в одной кровати... Эх, что же я тогда же не расспросила ее подробно про это все! Как надо с мужем спать, чтобы он доволен был и детки поскорее у нас родились!

А теперь и не расспросишь нянюшку, если ее из замка услали куда-то. А кроме нее задать вопросы некому, не у матушки же такими вещами интересоваться.

- Показывай следующее платье, — оборвала графиня хихиканье портнихи.

Ничуть не смутившись, женщина сняла чехол с последнего платья.

-А это у нас свадебный наряд! - произнесла торжественно.

— А я - вырвался у меня возглас восторга при виде белоснежного, расшитого жемчугом и украшенного тончайшими кружевами платья. — Оно восхитительно."

"- Но не для тебя. Твои белые волосы и кожа сольются с тканью, и никто не поймет, где заканчивается платье и начинаешься ты. Все будут оглядываться и спрашивать друг у друга: «Где невеста, почему мы видим только платье?» - подавшись ко мне, чтобы не услышала матушка, прошипела Лаура.

Подавив желание зажать ладонями уши, я повернулась к модистке:

- Прекрасная работа! Мне очень нравится.

Именно в этот момент распахнулась дверь и в гостиную ворвался граф Ферсей. Его прекрасное лицо исказила ярость, глаза горели недобрым огнем.