— Лар, ты не хочешь туда идти? — Всё-таки задаю вопрос, когда она в очередной раз замирает около четырехэтажного дома. В нём два подъезда, но я понятия не имею, куда дальше.

— Не хочу, — подруга морщит нос и обводит глазами здание, большой тенью нависнувшее над нами. — Мне страшно.

— Если честно, мне тоже. Я никогда не ночевала там, где… Откуда недавно увезли… Ну ты понимаешь…

— Я тоже, — шепчет Лара. — Тоже никогда. А ещё отец. Если он там пьёт…

— Блин! Может, гостиница?"

"Конечно, разбрасываться деньгами не хочется, даже при условии, что здесь вряд ли цены запредельные.

Но всё-таки.

— Нет, — машет головой. — Я позвоню тёте Рае. Если она не спит, можно будет пойти к ней.

Я соглашаюсь и присаживаюсь на скамеечку у подъезда. Вытягиваю ноги, которые гудят от нагрузки — сидеть столько часов в автобусе оказалось той ещё пыткой.

Старушка-соседка не отвечает и мы, посидев еще минут двадцать, все-таки решаем подняться: завтра предстоит тяжёлый день, надо отдохнуть и набраться сил. Всё, о чём я сейчас мечтаю, это кровать. Ни поздний ужин, ни душ не манят так, как горизонтальная плоскость, которая позволит вытянуться и забыться.

На первом этаже горит тусклая лампочка. Я была готова ко многому, но не к удивительной чистоте парадной. Даже при скудном освещении видно, что за порядком здесь пристально следят.

Около почтовых ящиков стоит стол, на котором расположились цветы. Много цветов!

— Бабушкина заслуга, — замечает Лариса и шмыгает носом.

Понятно, характер её ба был боевым, если она умудрялась даже соседей держать в кулаке.

Минуем еще один пролёт и останавливаемся у обычной двери, обитой чёрным кожзамом.

Меня на пару секунд выкидывает на несколько лет назад, когда я также впервые замерла перед точно такой же дверь.

Промаргиваюсь и возвращаюсь в настоящее время. В дверном проёме показывается залитая светом прихожая. Крошечная, но тоже аккуратная и уютная.

— Ларочка, деточка, приехала! — Подругу сжимает за плечи сухонькая бабулька. Причитает, поглаживая Ларису по волосам. — С подругой приехала? Умница! Умница наша! Как тебя зовут, деточка?

— Юля, — представляюсь, слегка опешив от тёплого приёма. Со мной не просто знакомятся, а тоже обнимают, и целую в щёку.

— А баба Рая, соседка. Это я звонила. С тобой разговаривала?

— Со мной.

Баба Рая оказывается не только доброй, но и понимающей. Сходу ловит наше замешательство и настойчиво выталкивает из квартиры на лестницу. Тащит в квартиру напротив.

Здесь порядка меньше, но безумно аппетитно пахнет пирогами.

— Ждала, Ларочка, ждала тебя.

Соседка суетится вокруг, предлагая нам чай и выпечку. И хоть я мечтала лечь спать, неудобно отказываться, когда к тебе проявляют такое внимание.