Кажется, мы с Рыжим этой ночью действительно несколько увлеклись друг другом.

Мне почти удается выставить соседку за дверь, когда Лилька замечает платье.

– Фига се… – тянет потрясенно, вытянув шею, а я понимаю, что теперь точно опоздаю. Волосы торчат дыбом, тело пахнет Рыжим, время бежит… Черт! Я во что бы то ни стало должна принять душ и успеть к занятиям! – Как из журнала мод! Блин, Крюкова, ты где успела раздобыть такой трофей? И туфли?! Неужели это Бампер раскошелился?.. Танька, да не толкайся ты! А кто же еще?! Я сразу сказала, что парень запал на тебя! Эй, будь человеком! Дай хоть глазком посмотреть!

Девчонки израсходовали почти всю горячую воду из бака, и мыться приходится в еле теплой.

Мой марафет от Гарика – вчера такой красивый, сейчас лежит под глазами темными кругами, и я дважды умываю лицо с мылом, снимая следы косметики. Тру мочалкой грудь, где следы поцелуев Рыжего горят яркими вспышками, вспениваю волосы, улыбаясь от мысли, что сама с лихвой отыгралась на парне. Что прозвище «вампирша» оказалось не так далеко от истины, если учесть, что я с ним ночью вытворяла. Что мы оба вытворяли, казалось, лишившись стыда.

Лильки в комнате нет, но мой вчерашний наряд явно подержали в руках и попробовали на зуб. Ну и пусть! То ли еще вечером будет, когда вернемся с учебы, и вопросов о празднике и о Бампере будет не избежать.

Я выключаю фен, очень надеясь, что солнце и ветер довершат дело. Выскакиваю из общаги, собрав сумку на ходу, мчу, что есть духу к остановке, повторяя про себя, что плакала моя сессия и оценки в зачетке, если автобус будет ползти черепашьим шагом.

Соскочив со ступеней под громкий голос кондуктора: «Кто спрашивал университет? На выход!» – бегу по парковой аллейке к учебному корпусу, глядя на часы и молясь, чтобы преподаватель проспал так же, как я. Здесь вспоминаю причину своей бессонницы и начинаю хохотать на ходу, представив почтенного и сухого, как стручок фасоли Генриха Азаровича, мужчину в седых годах, самозабвенно целующего чью-то попу.

А говорят, жена у профессора – ревнивая стервозная толстуха!

Фу, Крюкова! Ты извращенка! Не то, чтобы я была против, просто думать об этом почти аморально!

А на телефон сыпятся сообщения.

Подожди, Рыжий, подожди! До чего же ты упрямый! Дай хоть до аудитории добежать!

И все же я не выдерживаю и на его: «Я скучаю, Коломбина)», – отвечаю, сбросив подмигивающий смайлик с высунутым языком: «Так тебе и надо, Рыжий)».

«Колючка)»

«Бампер)»"

"«Вредина)»

«Конопатый)»

«Хочу тебя, Танька! Всю!»

Ого! Он это серьезно? Потому что прозвучало многообещающе.